Оборотень сгрёб ребенка на руки, укутав его в плащ. Слова инкуба его из равновесия не вывели. Наоборот он насмешливо улыбнулся.

— Я всё же попробую, — хмыкнул волк. — Сок зимушки легко стирается обычным… растительным маслом.

Секунду полюбовавшись нашими вытянутыми лицами, оборотень покинул пещеру.

— Вот…! — выругался оддард.

Инкуб так усердно пытался избавиться от пятен, что кожа не слезла только благодаря регенерации демона. Только пятна остались на своиx местах, даже почти не поблекнув. И только демон успел смириться, как появилось простое решение.

— Зачем пришёл? — хмуро поинтересовалась я.

Рыжик не теряя времени принялся собирать всё после ритуала. Пентаграмму так же следовало уничтожить. Мало ли на что её ещё можно применить, не в тех руках. В моих вот неоиданно обычное «развеивание» превратилось в спасение от корявого оборота.

— Я всё узнал что происходит во дворце! — воскликнул демон.

— Что?

Я одним движением вскочила на ноги, уронив гримуар. Книга гулко бухнула упав на расстеленный плащ. Рыжик недовольно заворчав, кинулся к ней и любовно завернув в парчовую тряпочку, убрал в сундук. Для этого он даже бросил уборку.

— Братислав и Рамин весь день искали инкуба во дворце. Облазали весь. Безрезультатно. Но есть одно место про которое они забыли…

Последнюю фразу инкуб пpоизнёс шёпотом, добавив значимости словам. Пришлось подойти к нему поближе ожидая продолжения. Однако Годдард не спешил продолжать. Всеобщее внимание ему нравилось и он растягивал удовольствие.

— Ну?! — взвыла я.

— Все забыли о том как именно прибыла графиня, — наконец продолжил Годдард.

— И что? — не поняла я.

— Маша, она прибыла морем. А значит…

— У неё есть корабль, на котором мoжно спрятать что угодно и кoго угодно! — догадалась я. — Идём туда немедленно!

— Да, нужно поторопиться. Скоро Братислав тоже догадается. Только я предлагаю всё же через кухню где есть растительнoе масло. Легче будет смешаться с толпой.

— Ладно, — согласилась я.

Всё же от пятен нужно избавиться. А то каждый раз как нас видят не могут от удивления оторвать взгляд. Обычно меня это не трогает. Но во время разведки необходимо смешаться с толпой. И повышенное внимание всё испортит.

***

Отправив слугу в камеру и самоличо её заперев, Чернобородый тяжело ступая поднялся к себе. Причем чем ближе он подходил к своему кабинету, тем медленнее шёл. Вот теперь он горько сожалел, что упустил инкуба. Гораздо легче было бы переместиться через портал прямо к себе в кабинет минуя секретаршу. Обновлённая Глафира его пугала и как мужчину и как начальника.

Впрочем уже у самoй приёмной пришлось ускориться. Судя по нарастающему шуму в его вотчине нарастал скандал. Влетев в приёмную, гном тут же пожалел об этом. Логичнее было бы наоборот бежать и подальше. Тройка людей в серых мятых костюмах настойчиво пытались обойти троллиху.

— Я же вам сказала, нет его на месте!

лафира загородила собой дверь и выставила грудь вперёд. При этом на её лице было такое выражение, словно она готовится к атаке. Причём будет таранить — грудью и выжить не удастся никому.

– он нам и не нужен. Нас интересуют только документы, — ответил главный.

Карт на миг закрыл глаза и вздохнул. Этих людей он прекрасно знал. Их присылали из тайной канцелярии для проверки работы ведомств. Причем они были мастерами трактовать данные так, что ещё никому не удалось уйти от длинной руки правосудия.

— Что происходит? — спокойно спросил Чернобородый.

— Нам поступило донесение и мы начали проверку, — обернулся к нему один из пришлых.

— Чем я могу вам помочь? — доброжелательно уточнил гном.

Нечего было и надеяться на долгие представления и задушевные разговоры. Эту тройку Чернобородый видел не впервые, но до сих пор имён не знал. Правда, лично по его душу они пока не приходили. До сегодняшнего дня.

— Мы бы хотели видеть Братислава Шолохова и Рамина Торс. Вызовите их.

— Вы опоздали буквально на пол часа. Я отправил их в лес. У меня опять в нём Армадэль растворилась.

Гном произнёс эту фразу с такой печалью, словно готовился зарыдать.

– рмадэль? — нахмурился человек.

— Нужно найти раньше, чем явится эльф с требованием предъявить дочь. Ну а после они вернуться и сразу к вам, — пообещал Чернобородый.

Люди нахмурились чувствуя подвох. Однако без санкций начальства не могли принять решение. Выносить внутренний конфликт за пределы государства у них не было полномочий. Собственно гном это понял срaзу. Ибо напарницей медведя как раз была ушастая, а не снежный барс.