"Гильза" изобразил оживленную физиономию.

– Так что ты тут делаешь, дорогуша?

"Хайболл" надула губы.

– Хотела отдать тебе компакт-диск. А теперь... просто хочу с вами потусоваться.

– Потусоваться? Черт!
– "Гильза" подмигнул Мендуэзу, и после сигнала молодой венесуэлец быстро нагнул "Хайбол" с захватом за шею.

– Эй!

Мендуэз задрал подол ее пальто, обнажив впечатляющий зад, а "Гильза" тут же обошел ее сзади и...

ШМЯК!

... ударил ногой между ног.

– ОООООООООУ

– Эта тупая "дырка" начинает вырастать из своих штанишек, хотя даже не носит штанов. Ты - наша шлюха, шлюха. Ты не тусуешься с нами. Мы - дилеры, а ты - просто "давалка". А теперь тащи свою сладкую белую попку на улицу и обслуживай клиентов. Заработаешь денег, потом принесешь мне, потому что я - лучший сутенер во всей округе.

– Ты - "бугор", "Гильза".

– Точняк.

"Хайбол" стояла, надувшись. Колени у нее тряслись, а одной рукой она держалась за промежность.

– Если б не я, Поли тебя завалил бы. Уже дважды. Если б не я, ты бы по-прежнему отсасывала за пять долларов, торговала дешевой "дурью" для какого-нибудь слабохарактерного лузера-сутенера из Битч-Сити. Заработай денег, дорогуша. А как заработаешь, возвращайся на склад, расфасуй "герыч" и постирай наши обтруханные труселя. А мы с дружбанами будем делать ход, потому что мы - клевые, в рот компот. Мы - короли юга, а ты... наша шлюха. Потом, если тебе повезет, мы вернемся и прочистим твою сучью "дырку", как сортир на заправке.

"Хайбол" дрожала, в глазах у нее стояли слезы.

– Вы... вы держите меня за кусок мяса!

"Гильза", подмигнув, снова подал сигнал. Мендуэз применил к ней захват и...

ШМЯК!

"Гильза" ударил ей ногой прямо промеж ног.

– ОООООООООУ

– Ты - кусок мяса, сучка. Ты - кусок мяса. Теперь тащи отсюда свою задницу, торгуй мандой-проказницей. Клиента оприходуй, деньжат заработай. Набери в рот "молофьи", чтобы деньги к тебе шли. Усекла?

– Да, усекла, - "Хайбол" шмыгнула носом и утащилась прочь.

– А эта сучка нас любит, - заверил "Гильза".
– Верно, дружбаны?

– Да, блин!

– Иногда сучке требуется хороший пинок по "манде". Причем такой крепкий, чтоб ее гребаные яичники звякнули друг об друга, как те штуки со стальными шариками, которые стоят на столах у бизнесменов.
– "Гильза" кивнул.
– Лучший способ заставлять "телку" любить себя - пинать ее по "манде". Это поднимает ей самооценку.

– Черт, да, блин. Этой белой шлюхе нужны парни, вроде нас. Мы, типа, даем ей почувствовать свою идентичность.

– Правильно.

Они пересекли игровую площадку начальной школы, которая пустовала из-за рождественских каникул. Впереди возникла подергивающаяся фигура.

– Что это за сраный мусорный бак на двух ногах? Один из наших?

– Выглядит знакомым.

– О, да. Постоянный клиент.

Тощий, как ручка метлы, белый тип в лохмотьях двигался, словно в трансе, в их сторону. Волосы у него походили на растрепанную и плохо промытую швабру.

– Эй, братан. Если ищешь "дозу", мы тебе поможем.

"Нарик" с остекленевшими глазами едва слышал его.

– Не, мужик, - проскрипел он. Восковое лицо было покрыто прорвавшимися нарывами.
– Я ограбил возле банкомата одну старуху и только что "укололся".

– Но ты же всегда берешь у нас, - возразил Мендуэз.

– У меня была ломка, мужик.
– Когда "нарик" принялся чесать руки, с них посыпались чешуйки.
– Не мог найти вас, парни, поэтому пришлось брать у новеньких.

"Гильза" выплюнул набранный в рот вишневый напиток.

– У новеньких?

– Ты же не о тех уродах с Бирдтаун-роуд? Черт, мужик, они ж давно свалили.

– Не, мужик. Новенькие. Они только что открыли "точку" на Мэпл-стрит. Продают мексиканский "герыч". Пакетик на пять баксов дешевле, мужик. Пара белых парней. Сказали, из Мэриленда.

Когда "нарик" уковылял прочь, троица обменялась зловещими взглядами.

– Гребаные конкуренты повсюду, дружбаны. Любой кусок дерьма с улицы приходит сюда и пытается вломиться в наш "бизнес", - посетовал "Гильза".
– Хммм. Ну и что будем делать? Что думаешь... Мендуэз?