– Потом вам вырвут все ногти на руках и ногах!
– не сдавался Джино. Судя по тому, как бесился Шершень и примолкли его люди - у старика начинало получаться.
– Пальцы будут отрывать здоровенными клещами!

– Глупец!
– ярился Шершень.
– Ты ведь понимаешь, что все это сегодня же сам испытаешь на себе?! А затем настанет черед твоих нелюдей!

– Пока палач будет обедать, его неумелые помощники примутся дробить ваши суставы! Маг же будет зорко следить чтобы никто из вас не окочурился раньше времени! А затем они примутся за ваших близких! На ваших глазах начнут пытать ваших жен, детей, родителей! Так наказывают мародеров! Такова воля Стального короля!

Я невольно вздрогнул. Если старик не врет - правитель этих земель еще более жестокий, чем о нем говорят.

Джино хотел еще что-то сказать, но с той стороны, где исчезла дриада послышался громкий крик боли. Судя по тембру, явно не женский. Значит, все-таки часть отряда пошла в обход, через лес.

Крик боли из леса послужил сигналом. Шершень с громким воплем дернул поводья и его отряд сорвался с места. Одновременно с этим я отдал мысленный приказ Обжоре, помочь Мидори, а сам приготовился активировать «таран».

Громко бухнула тетива арбалета, и в сторону несущихся всадников полетел первый болт. Джино явно целился в Шершня, но, увы, промахнулся.

После выстрела всадники рассредоточились, образуя некий полукруг и, спустя несколько мгновений, влетели в заросли тростника.

Первым на берег выскочил бородач в буро-черном полушубке на низенькой мохнатой лошадке. Он зло скалился и бешено вращал глазами. К слову, почти у каждого из бойцов Шершня висел за спиной охотничий лук, но ни один из них не пользовался этим оружием. Объяснение только одно - хотят взять нас живьем.

Бородач находился на дистанции семнадцати метров, как раз приемлемой для активации «ледяной стрелы».

— Вы убили разбойника (8).

– Поздравляем! Вы получаете:

– Эссенция опыта (1600 шт).

— Серебряная скрижаль (2 шт).

От неожиданности я встрепенулся. «Ледяная стрела», удачно попавшая в голову бородача, снесла тому часть черепушки. И все? Вот так быстро и просто? Результат меня ошеломил. Я и раньше убивал. Но чтобы вот так, с одного удара… То, что я сейчас убил человека, даже не так – бездушного врага, меня не смущало. Если не я его, так он меня. Наверняка разбойники нас бы еще и пытали, прежде чем убить.

Обезглавленное тело рухнуло на землю, густо орошая снег бурой кровью. А лошадь, не обращая внимание на отсутствие седока, продолжила свой галоп и скрылась среди деревьев.

Спустя несколько мгновений, из зарослей начали появляться остальные всадники. Некоторых я встретил ледяными стрелами, а тех, кто прорвался дальше, накрыли «таран» и «молния». Арбалет старика тоже успел бухнуть еще разок. Все это время из леса доносились страшные вопли — это Обжора добрался-таки до нападавших.

Спустя несколько минут, все было кончено. Ни Шершень, ни его бойцы так и не успели добраться до нас. Двоим разбойникам удалось скрыться. Бить им в спину я не стал, не хотел попусту тратить ману на «стрелы». Как оказалось, то первое удачное попадание было случайным. Из десяти «ледышек» только три попали в цель. Остальные «выстрелы» я промазал. А это, считай четыреста девяносто единиц маны на ветер. Срочно нужна «меткость»! Да и не только она…

А вот Джино все-таки добился своего и смог подстрелить Шершня. Предводитель разбойников лежал в снегу в луже своей крови. Из его правой груди торчал толстый арбалетный болт.

Когда я подошел к нему, он был все еще жив. Внимательный взгляд серых глаз остановился на моем лице. Я видел, что ему осталось недолго, поэтому наклонился чтобы добить.

– Ты маг?
– еле слышно прохрипел Шершень. Из его рта хлынула кровь. Он стиснул зубы, но кровь просачивалась сквозь желтые зубы и текла по бороде.

– Да, - кивнул я.

Его рот растянулся в кровавой усмешке.

– Этого я не учел.

Затем его улыбка превратилась в оскал.

– Зря ты помог старику… Он не тот, кем кажется… Как только появится возможность, он обязательно предаст.

– А ты, получается, лучше его?
– насмешливо спросил я.
– Узнал о передовом отряде орков и, не предупредив людей, сбежал.

Стекленеющие глаза Шершня впились в меня, и он из последних сил зло выплюнул.

– Я никому ничего не должен!

Видимо в этот выкрик, он вложил последние силы. Его тело как-то сразу обмякло, черты лица заострились. На последнем выдохе Шершень вдруг криво усмехнулся и перед тем, как навсегда замолкнуть, еле слышно произнес:

– И с чего ты взял, что я бежал именно от орков?

Когда Шершень испустил дух, я быстро огляделся. Из леса как раз появился Обжора, а за ним и Мидори. Мы встретились с харном взглядами, а через мгновение он, понимающе рыкнув, метнулся в сторону мыса.