Добрались до больницы быстро. Она находилась в конце улицы, где стояла и сама администрация. К их приходу баба Клава как раз уже уносила пустые чашки из палат, где, как оказалось, помимо новоприбывшей девушки лежали еще 4 человека с простудой.

– Клавушка, – обратился Алексей Юрьевич к пожилой помощнице. – Наша новенькая, она уже позавтракала?

– А то ж! – ответила бабка, относя тарелки в мойку. – Все смела, аппетит проснулся. Бедняжка исхудала, позвоночник через живот прощупать можно! Я ей двойную порцию, как вы и написали, выдала. Все съела. Порывалась помочь мне, – бабка весело рассмеялась, – посуду помыть, мол, она же не больная, нечего разлеживаться, но ей бы денечек отлежаться, а то совсем на бедняжке лица нет.

Бабка покачала головой и еще посетовала, что мальчишку из второй палаты опять пришлось спиртом натирать, температура поднялась утром, а жаропонижающего нет… Врач лишь беспомощно развел руками, я что, мол, сделаю… На что Леший напомнил, что следующий рейд обязательно полностью посвятит аптекам. Бабка и врач в очередной раз осыпали его «спасибами», на что Леший лишь отмахнулся.

– Вообще-то этим должны заниматься рейдеры и сборщики! – негодующе заявила баба Клава.

– Должны, – согласился Алексей Юрьевич, – но голове нашему, Валерию Петровичу, виднее видать! Ему дома надо обшивать, к зиме готовиться. А у нас что, сейчас сезон простуды пойдет, и что мы сделаем, чем лечить? Уже и так на травы переходим! Благо они растут как никогда, это бесспорный плюс того, что людей стало меньше. – Бабка перекрестилась и удалилась на кухню. – Ладно, пошли, – пригласил врач, и они двинулись.

Надя все так же лежала на своей кровати, но в отличие от вчера, выглядела девушка получше. Ссадины поджили, темные круги под глазами явно поубавились, лицо из синюшного перешло в разряд «зеленоватого», что говорило о том, что вскоре девушка придет в норму. По крайней мере Леший заметил легкий румянец на щеках, а также губы девушки заметно порозовели. Надо же, и когда вчера успел рассмотреть?

– Наденька, – обратился врач, войдя в палату. – Это снова мы. Мой друг хочет с вами побеседовать, помните?

Девушка устало улыбнулась, перевела взгляд от какой-то книжки, которую читала полусидя на кровати, на парня. Тот ответил улыбкой. Девушка несколько секунд смотрела на него, затем вновь опустила взгляд к книге, тяжело вздохнув. Она его не узнала. Наверное, он очень изменился, в то время, как она осталась почти такой же. Красивые практически юношеские черты лица, несмотря на возраст «чуть-чуть за тридцать», живые каре-зеленые глаза, тонкие губы. Лучики морщинок в уголках глаз, тонкие, нежные пальцы. Буд-то и не было этих лет, словно не наложила катастрофа на неё свой отпечаток. Только вот седины чуть прибавилось, которая, впрочем, смотрелась очень мило, да усталый взгляд говорил о том, что девушка явно пережила не лучшие свои годы, как и все остальные выжившие в этом мире. Катастрофа изменила многих, в том числе и Лешего, раз девушка, с которой они когда-то дружили, не смогла его узнать…

– Надя, – тихо позвал Леший, подойдя ближе, когда старый врач вышел, дабы не мешать разговору.

Девушка подняла на парня безразличный взгляд, секунду всматривалась в его лицо, и Лешему на мгновение показалось, что в ее глазах мелькнуло сомнение и тень узнавания.

– Это я, – тихо произнес он, приблизившись.

Брови девушки сосредоточенно нахмурились, она что-то хотела сказать, глаза сузились и внезапно расширились от удивления. Губы дрогнули, приоткрылись. Она тихо охнула, прижала руки к лицу. Из глаз потекли слезы, она зарыдала, протянула руки к старому знакомому. Тот сделал два быстрых шага и обнял подругу. Надя обняла его, прижалась всем телом, дрожа и рыдая.

– Тихо, тихо, тихо, – прошептал он, поглаживая плачущую девушку по волосам.

– Я.. Я думала ты погиб, – сквозь слезы донесся тихий голос.

– Я приехал за два дня до катастрофы, искал тебя снова, но не нашел. Ты переехала, и я не узнал куда, – так же тихо проговорил Леший.

Они отстранились друг от друга. Девушка вытерла слезы уголком одеяла. Кончиками пальцев она коснулась лица Лешего, словно еще не веря, что это он.

– Ты так изменился…

– А ты осталась прежней… Как ты? Замуж вышла? – он качнул головой, имея в виду ее кольцо.

Надя одернула руку, печально опустила голову.

– Да… Семья… Они там остались. – она качнула головой. – Мне нужно срочно вернуться! Они же не знают, что со мной… Алексей Юрьевич сказал, что ты собираешься в город… Что ты мне поможешь…

– Они живы? – с радостью в голосе спросил Леший, однако, почувствовав внутри себя укол ревности.

– Да. Муж и дети, мама моя, она тоже с нами… Поможешь?

– Это же здорово!

– Мне нужно срочно вернуться! – она коснулась руки парня. – Помоги мне? Алексей Юрьевич говорил, ты военный, уважаемый тут человек. Отведи меня домой, пожалуйста…

– Тише, тише, – попытался успокоить разгоряченную девушку. – Я тут не самый главный, но я помогу тебе!.. Я как раз собирался в дальний рейд, в город. Из наших-то туда никто не ездит… Я потому и хотел поговорить с тобой о нем. Мы сунулись туда пару раз, потеряли очень много времени и людей, отбиваясь от орды, да еще дорога до города забита 10-километровой пробкой. Мы неделю расчищали и не смогли даже половины завала разобрать…

Леший заглянул ей в глаза и твердо пообещал: – Я поговорю с главой анклава, мы поможем тебе.