Рэйван и Трин повернулись друг к другу. Губы её тронула лёгкая улыбка, когда наблюдала, как муж склоняет к ней голову, чтоб коснуться поцелуем. Оба чувствовали, как горячим золотом вспыхивали брачные печати на груди, у самого сердца. Нерушимая магия, говорившая о том, что они неразделимы. Одно сердце на двоих. Одна душа на двоих. И никакая сила не отнимет этого.

Она — Трин Рэйван. А он — её семья. Даже если не удастся восстановить её воспоминания, и если всё, что было — стёрлось навеки. У них впереди вся жизнь, чтоб наполнить память новыми моментами. Тем, что никогда не исчезнет, и останется ярко до последнего дня.

Сидя на широкой ветке дерева, укрытый от посторонних взглядов густой листвой, Яр наблюдал за происходящим у храма. Под самим деревом, прислонившись к стволу плечом, стояла Хельга.

— Она прекрасна сегодня… — вздохнул разбойник, глядя, как Трин спускалась по ступеням в сопровождении того, кто теперь был ей законным мужем.

— Согласна, — усмехнулась внизу Хельга.

— Ему повезло, этому некроманту. Он должен знать, насколько ему повезло, — поджал губы томаринец.

— Думаю, что он в курсе, — проворчала инрэйг.

— Должен помнить об этом каждый день. Каждую минуту…

— Да-да.

— И молиться всем богам за такой дар.

— Он будет, — покачала головой женщина. — Но что же до тебя?

— Да? — Яр заставил себя отвести взгляд от счастливой новобрачной и посмотреть на подругу.

— Ты ведь хотел поговорить с некромантом. Хотел рассказать всё Трин.

— Да. Я хотел. Но не сегодня. Сегодня Трин так счастлива. Разве я могу открыть всё в такой день? Он должен запомниться, как самый светлый момент, наполненный любовью и верой. Мы ждали столько лет. Ничего, если подождём ещё немного. Так что — не сегодня, Хельга.

Яр спрыгнул на землю, становясь возле подруги. Обтянул куртку и накинул на голову капюшон.

— Скоро настоящий день рождения Трин. Скоро зацветут яльмары. Она должна это увидеть. Может боги даруют ей память. Хоть каплю тех светлых воспоминаний, что были пережиты много лет назад. А если — нет, то поделюсь своими. Расскажу о том, как была любима отцом и матерью. О том, что сражались до последнего вздоха, чтоб защитить её и Томарин. Пусть и после смерти, но для неё Броз снимет свою маску. Откроет истинное имя. Восстанет из пепла забвения, как подобает смелой птице. И Трин лучшее тому доказательство. Она расправит свои крылья вместо него. К радости отца и матери, что сейчас смотрят с небес на то, как прекрасна их дочь. Она должна знать, что никогда не была брошена. Никогда не была забыта. Никогда не была одинока.

Глава 29

Пожалеть о том, что не запирал свой кабинет, Кристиан успел неоднократно. Особенно злил сейчас смех Зорик, решившей заглянуть к нему, и теперь потешавшейся от души.

— Ты не подумал о последствиях своего решения, верно, Крис? — снова хохотнула инрэйг, едва заставив себя сдержаться под грозный взгляд брата.

Пропади он пропадом, этот конкурс… Поскольку ректорский кабинет наполнился раздражающими запахами сладостей и цветов, да всех возможных ароматов духов, которые источали бесчисленные записки.

Коробки с конфетами, букеты, разноцветные конверты со следами губной помады… Проклятье. Что в головах этих девчонок? Таким образом они хотели заполучить его расположение и выиграть конкурс?

— Скоро это прекратится, — скорее самого себя убеждая, проворчал Рэйван. — Осталась неделя сумасшествия, и придётся сделать выбор. И чтобы поумерить твоё веселье, ставлю в известность — ты включена в комиссию, которая будет определять победителя.

— Ты не можешь быть так жесток, — поморщилась Зорик.

— Могу, — опасно сверкнула улыбка некроманта. — Молись о том, чтоб я не вывесил список комиссии на всеобщее обозрение. Посмотрим, во что тогда превратится твоя берлога.

— Не вздумай, — Зорик ткнула пальцем в его грудь. Затем удивлённо коснулась ладонью рубашки у сердца. — Крис?..

Её золотистые глаза распахнулись шире от волнения, когда ощутила энергию невидимой сейчас печати.

— Да, — просто ответил Рэйван.

— Когда? — с некоторой обидой в голосе спросила сестра.

— В начале прошлой недели, — он глянул на стол, заваленный подарками. — Нужно что-то с ними делать…

— Крис! — одёрнула его Зорик.

— Да?

— И когда ты собирался сказать мне об этом? Почему не сказал? Я бы могла…

— Вот поэтому и не сказал, — мягко произнёс Рэйван, с теплом опуская руку на её плечо. — Так уж вышло, что сейчас нет толковой возможности покинуть Ард. Я бы хотел увезти её хоть ненадолго. Но мы вынуждены находиться здесь. Поэтому и не сказал сразу. И Трин, и мне необходимо было некоторое время, чтоб самим осознать этот шаг. Понимаешь?