Шрифт:
– Кроме Марисель, - как эхо отозвалась Танька.
И я почувствовал, как к горлу медленно подкатывается противный вязкий комок...
Едва я вошел в школу, как нос к носу столкнулся с Ленкой Воронюк.
Она возвышалась в дверях спортзала, по-наполеоновски скрестив на груди руки, и сверлила меня зелеными кошачьими глазками. И ее пристальный взгляд красноречиво свидетельствовал о том, что Ленка вчера вечером или даже сегодня утром не поленилась выяснить, действительно ли моя мама заболела.
А так как она не болела и в ближайшее время болеть, надеюсь, не собиралась, то и ежу было понятно, что Ленка не простит мне вчерашнего побега с генеральной уборки, и потому мне нужно готовиться к самым крупным неприятностям в своей жизни.
Но сейчас у меня было не то настроение, чтобы выслушивать нотации надоедливой активистки-общественницы. Я думал о Луэлле и Фиделине, и если бы сейчас в школьном дворе разразилось извержение вулкана, а на город упала атомная бомба, то эти разрушительные бедствия я не счел бы достойными своего внимания.
..Кто хоть раз в жизни расставался с друзьями, поймет меня...
– Бородин!
– повелительно прозвучал непререкаемы голос.
– Быстро ко мне!
"Зовет, словно уличную дворнягу", - проскользнула слабая мысль, но ноги сами понесли меня к грозной старосте класса. "Сейчас начнется", обреченно думал я, мысленно содрогаясь оттого, какую пытку мне предстоит выдержать в самое ближайшее время.
Но, к счастью, все обошлось. Судьба решила ненадолго смилостивиться надо мной и послала мне на помощь ангела-спасителя в лице старшей пионервожатой. Она деловито подошла к Вороне и что-то сказала ей. Та удивленно пожала плечами и ушла следом за ней, бросив напоследок взгляд в мою сторону, красноречиво свидетельствующий о том, что я рано радуюсь, потому что она разберется со мной сразу, как только освободится.
И я с легким сердцем пошел на третий этаж, искать Фиделину. И наткнулся на лестнице Снежану, болгарку из "иностранного двора"
– Ты отчего такой грустный?
– спросила она.
– Так, - махнул я рукой. Не хотелось посвящать Снежану в свои проблемы, хотя с ней у меня были хорошие, почти дружеские, отношения.
– А я знаю, почему. Слинял вчера с уборки кабинета?
– Откуда ты знаешь?
– удивился я.
– Догадалась. Ваша инквизиторша Лена кому угодно может испортить настроение.
Снежана хорошо знало Ленку-Ворону. Какое-то время назад, мне казалось, они были друзьями. Но потом, как это часто бывает, из-за чего-то разругались.
Я не знал причин ссоры, Снежана мне не говорила, а с Вороной у меня были не те отношения, которые предполагали бы разговоры по душам. Однако я заметил, что Снежана обходила Ворону десятой дорогой...
– Ты так и не помирилась с ней?
– поинтересовался я.
– Еще чего!
– вспыхнула Снежана.
– Я с такими занудами не разговариваю!
– Тебе легче, - вздохнул я.
– Я учусь с ней в одном классе.
– А ты меньше обращай внимания на разных придурков, - посоветовала Снежана.
– Нервные клетки, говорят, не восстанавливаются.
– Хотелось бы, - сказал я, - но знаю, что мне сегодня не выпутаться...
– Не бойся, - подбодрила меня Снежана, - все будет хорошо.
– Твоими бы устами... Ладно, не будем о грустном. И так со вчерашнего дня настроение паршивое, а тут еще эта зануда!
– А что случилось вчера?
– А ты разве не знаешь? Марисель уехала.
– Ага!
– воскликнула Снежана.
– Джульетта уехала, а Ромео страдает от любви!
– Да иди ты!
– нахмурился я. Вообще-то Снежана девчонка ничего, но иногда такие глупости может сморозить, что хоть стой, хоть падай.
– Да ладно, не красней, - улыбнулась Снежана, - я понимаю... Фиделина вот тоже грустная со вчерашнего дня ходит. Кстати, это не ты ее обидел?
– Да что ты, как можно, - зачем-то начал оправдываться я, - как я могу ее обидеть...
– А вот и можешь, - возразила Снежана, - я тебя знаю. Я помню, как она от тебя плакала.
– Нашла, что вспоминать, - угрюмо пробурчал я. Мне не хотелось развивать эту тему. Как и не хотелось вспоминать свои дурацкие поступки полугодичной давности, когда я от нечего делать "доводил" Фиделину, и она убегала домой в слезах. Меня даже Марисель за это журила... Но сейчас же все по-другому!
Фиделина сама давно уже забыла обо всем. А если и помнит, то не говорит на эту тему...