— А где подобрал?

— Да в том ручье, где ты шарик нашел. Там в полусотне метрах выше по течению выход пласта. Я тебе так скажу, на старой Земле таких просто не бывает. Обычно вот такие кристаллы — это лишь вкрапления в породу, и этой породы на тонну меди нужно добыть огромное количество, и потом еще обогатить хотя бы до двадцати процентов содержания руды. А тут сплошняком руда, цельная жила. Бери и плавь. При таких геологических условиях, там может и самородная медь найтись.

— Класс! Только это же далеко отсюда выходит, примерно километров шестьдесят, из них тридцать пять по лесу.

— Ишь ты какой! Я свое дело сделал, руду нашел, а организация добычи и производства — это уже твоя задача.

Женя, закрутившись с делами, даже не заметил, когда в обычный повседневный людской шум вплелся новый, почти забытый звук. И только когда Федька, стоявший в дозоре на стене, закричал: «Летит! Летит!» — расслышал стрекот мотора. Черная точка, показавшаяся над лесом, быстро приближалась, и скоро уже можно было разглядеть небольшой вертолет.

Вертолет приземлился в центре двора, и не успел еще остановиться винт, как из него выпрыгнул крепкий мужик в камуфляже с шевронами. Оглядевшись по сторонам, он направился к Жене.

— Руслан Бероев, — представился он, протягивая руку.

— Евгений Каплин.

Пожатие у Бероева было более, чем крепким. Жене показалось, что его рука побывала в стальных тисках.

Подбежал капитан, козырнул.

— Андрей Касаткин.

— Здравствуйте, Андрей. Давайте-ка быстренько разгрузим машину.

Подбежавшие люди быстро вынесли из вертолета зеленые ящики явно армейского вида, еще кое-что по мелочи. Под занавес выгрузили пять клеток с курами. Не обманул Сотников, сдержал слово! Карл Рихтер, увидев кур, едва не потерял дар речи. Он тут же кинулся организовывать курятник, насесты, кормушки и отжимать у бабы Лисы крупу на корм.

Пока шла разгрузка, пилот вылез из кабины и тут же был изловлен Клаусом Лори.

— Жан! Жан Ренггли! Ты откуда здесь взялся?

— С неба свалился, — пошутил тот.

— А если серьезно?

— Вообще, это долгая история. Но если вкратце — то вскоре после того, как ты пропал, я сбежал из Берна, хотел попасть к русским. Ты же помнишь эту скотину, Отто Бахмана? Мне, в конце концов, надоело ему подчиняться и рисковать жизнью и моей птичкой ради его «великих целей». Но случилась поломка вертолета и я почти полгода просидел на случайно подвернувшейся rohstoffvorrДte, пока меня не спасли русские сталкеры Кастет и Гоблин.

— И как ты здесь живешь?

— Ты знаешь, намного лучше. Здесь все честнее и справедливее, чем в замке Берн. И, я даже удивлялся поначалу, свободнее. Здесь я летаю не за деньги, хотя в деньгах не обижают. И не по приказу начальства, хотя оно, конечно, приказывает, для того оно и существует. А потому, что это нужно людям. И простая человеческая благодарность оказывается ценнее талонов на канальную поставку. Подумай об этом. Кстати, шкипер Ули Маурер… помнишь, как мы однажды надрались у него на «Клевере»? Ну так вот, он тоже сбежал к русским, причем вместе со своим судном. И уже успел жениться на русской. О-о-о, это жутко романтическая история, страстная любовь с первого взгляда. И эта безумная Ленни — она ведь нравилась тебе — тоже здесь, и тоже нашла себе русского.

Тем временем в вертолет бережно загрузили носилки с Йоганом Шефером. Ольга, уже никого не стесняясь, поцеловала Женю на прощание, и он вслед за Зенгер забрался в кабину. Заработал мотор, закрутился, разгоняясь, винт, вертолет поднялся, развернулся на обратный курс и вскоре растаял в небе.

На аэродроме Женю встречали как президента иностранной державы, разве что без красной ковровой дорожки. Зенгер и Йогана забрала «буханка» УАЗ-452 с красным крестом. Женю же усадили в новенькую «шестерку» роскошного цвета «мокрый асфальт» и повезли в замок. Замок был самый настоящий, как на картинках в учебнике по истории средних веков. С башенками, с донжоном, с узкими улочками и самым настоящим собором. И очень красивый. По сравнению с ним форт Сибирь выглядел как лачуга по сравнению с особняком олигарха. Материал был знакомый — из точно такого же камня были сложены стены форта. Наверное, из него Наблюдатели делают все свои строения. Каменные крепости и рубленые дома — интересное сочетание. Всю дорогу Женя крутил головой, стараясь увидеть как можно больше. А посмотреть было на что: нефтеперегонный заводик, обнесенный серьезной оградой, зеленеющие поля, дома в предместье замка. Причем, некоторые из них поразительно похожи на те, что недавно появились рядом с фортом.

Водитель с шиком подкатил к дверям донжона. По узкой каменной лестнице Женя поднялся на третий этаж, толкнул массивную дверь. Навстречу ему из-за массивного темного дерева стола поднялся крупный человек. Волевое лицо, внимательные глаза, седеющие — соль с перцем — волосы. Небольшой наметившийся животик — видимо, следствие обилия кабинетной работы. Крепкое рукопожатие.

— Здравствуйте, Евгений Михайлович. Рад очному с вами знакомству.

— Взаимно, Алексей Александрович.

— Как добрались?

— Спасибо, замечательно. Первый раз в жизни летал на вертолете. И вообще первый раз в жизни летал. Впечатлений выше крыши.

— А как ваша рука?

— Тоже в порядке, насколько это возможно.

Голос Сотникова стал резче, он почти отчитывал Женю.

— Вы пошли на непростительный риск. Вы — глава анклава. На вас завязан терминал, все контакты с эфиопами и вообще, как я понимаю, вся жизнь форта. Постарайтесь в будущем избегать подобных инцидентов. Ваша смерть может поставить под удар все ваши успехи и начинания. А у вас еще есть, как вы говорите, оппозиция. Надеюсь, вы последуете моему совету.