— История — это череда деградаций, — скорбным басом постановил Тенерос. — Ваши предки владели всей планетой, а потомки и материка не удержат. Быть может, зря я вас защищаю, и вы должны сами научиться обороняться? Тем не менее то, что Тескатлипока не уничтожил Нашар — моя заслуга. Договор Намиры и Кьлеменетота должен соблюдаться несмотря на то, что заключившие его представители — позор своих сторон. Тескатлипока плевал на Намиру, но на меня не посмеет — моя сила выше. Вот потому он и отступил на время, собирая силы и ограничиваясь весьма слабыми по сравнению с его полной мощью нападениями на Нашар и Хардол. Светлые, вы больше не сможете внушать своим благостным добрячкам, что на их страну никто не нападает, а ратники способны противостоять любой опасности!

— Нападает — Тескатлипока, — ответила Дия. — Но разве мы заключали с Темными военный союз? Победа над навами в наших общих интересах…

— Каждого больше заботят шкурные, — вставил Герусет.

— У тебя есть прекрасная возможность прямо сейчас заключить военный союз с Мраком, — обернулся массивный дракон к худой дипломатке, словно крейсер, берущий на таран лодчонку. — Вы прекращаете нападать на Нижние слои, я прекращу нападать на Верхние. А если вы принимаете верховенство Тьмы, то и своими войсками я вам помогу.

Однако та не проявила никакого страха:

— Я не имею права говорить от имени наших правителей. Я прибыла в Нашар для разговора с Герусет, а не с тобой.

— Герусет подчинён мне, — Тенерос без скромности выдал, так что уши у названного дёрнулись. — Он мне обязан жизнью и своим положением. Ему бы всё равно пришлось советоваться со мной…

Герусет неожиданно встал, да так резко, что посуда на столе задрожала. Меч его вонзился в пол, в когте расстояния от хвоста Зареславы. Вскрикнувшая девочка торопливо взяла его в лапы и зло уставилась на Герусет, который в гневе расправил крылья:

— Не путай, Тенерос! Я под твоим покровительством, а не на твоей службе! Надеюсь, ты понимаешь, в чём тут разница?!

Голова Тенероса с массивными рогами, искривлёнными, как стволы на болоте, повернулась ко вспылившему Пророку плавно, как орудийная башня на бронепаруснике.

— В том, сможешь ли ты распоряжаться моими войсками так свободно, как следовало из произошедшего недавно диалога. По твоим словам, ты связан со мной куда прочнее, чем утверждаешь сейчас. В нём ты клялся, что верно служишь мне. При этом ты знал, что я здесь присутствую, так что и двуличностью это нельзя назвать. Я понимаю, сегодня у тебя праздник, мысли не о том…

— Союз — да, но не подчинение, иначе Тьму от Света не отличить, — всё не мог успокоиться Герусет, и, игнорируя мордочку Дии, повернулся к Нарате. — Ведь иначе не будет воли. Не так ли?

— Верно. Поэтому впредь называй вещи своими именами, чтобы тебя не обвинили в коварстве и лжи, — Тенерос отвернулся от Герусета, считавшегося драконом высоким, но не достающего даже кончиками ушей до макушки Воплощения. Поводив мордой по гостинной для аудиенций, грузный крылатый так и не нашёл сидения себе по размеру, и обернулся ко Светлой. — Не виню Радвера и Дию за то, что они не знали обо всех силах, ныне имеющих влияние на нашем материке. Но рассчитываю, что впредь они будут учитывать и надземную, и подземную, и теневую власти. Я всегда готов к диалогу и примирению, если союз сложится как минимум на равных условиях. Лучший способ показать мне, что вы уважаете Тьму — разрешить её почитание наравне с альтруистической философией Света. Согласитесь, невозможно сражаться в одном отряде с той, кого вы считаете несуществующей, обманом для влияния на Тёмных.

— Я передам ваши слова демиургу, — кивнула самка.

— Твоей волей я отпущу и наших утомившихся первым серьёзным поручением юных гостей, — Герусет полностью вернул себе самоконтроль и теперь обращался к Тенеросу спокойным голосом. Тот ещё не раскрыл пасть, чтобы высказать протест, а разноглазый уже поворотился к Нарате. — Мой союз с твоей матерью скреплён Самой Тьмой. Завтра я лично прибуду к Инанне для обсуждения проблем с некоторыми непримиримыми навами, а пока, в знак того, что наш договор ещё действует… — он повернулся к Радине, тут же подскочившей поближе. — Приведи сюда наш подарок будущему володу всего Нашара.

Даже не кивая, алогривая стремительно бросилась исполнять приказ, выбегая на четверых из гостиной. В непродолжительную паузу Тенерос всё же настойчиво промолвил:

— Поскольку нам всё равно по пути, мои дети, я проследую на поверхность с вами и предстану перед Зоратом ещё сегодня. Конфликт между саром и узурпаторами моего титула не стоит усугублять, все недопонимания следует уладить, а Нашару вернуть своего духовного правителя и неискажённое приступами истеричности учение.

Нарата открыла пасть для ответа, но Герусет снова заговорил:

— Я бы не стал так спешить, — он приподнялся, опираясь на меч. — Ты пришёл ко мне и покидаешь мой дом, так и не удостоив меня личной беседой? Даже по долгу гостеприимства так просто тебя я отпустить не могу.

— Я всегда с вами, мои дети и друзья, верные и неблагонадёжные. Я не ограничен этим телом, — чёрно-бардовый, напротив, присел, развалившись, в жалостливо скрипнувшее под ним кресло, и распластал крылья почти на полу. Сидя, Тенерос был равен в росте стоявшему на задних Герусету, кто явно не считался карликом. — Нарата не останется без защиты Мрака на своём пути домой, а Зорат — без мудрого совета.