– Ничего такого, что нельзя поправить, моя дорогая, – сказала она, тепло пожимая мне руку.

В глазах у меня защипало, и я несколько раз сильно зажмурилась, потому что для одной ночи я уже достаточно наплакалась. Бен был прав: Карла действительно была славной.

– Итак, – проговорила она, переключая внимание на Бена и заставляя его оторвать взгляд от меня. – Вот чего нам, девочкам, не нужно, так это чтобы здоровый, неповоротливый мужик путался у нас под ногами, пока мы занимаемся своими делами. Поэтому я предлагаю тебе сходить к Антонио за булочками из первой партии и слойками с пылу с жару. Скажи ему, что ты от меня, и он, вероятно, даст тебе еще и кофе, – сказала она, твердой рукой разворачивая Бена в сторону двери.

Маленький разноцветный сгусток энергии, как крохотный локомотив в тунике, она выталкивала Бена прочь. Но роста она была небольшого, и Бен с легкостью посмотрел поверх ее головы, глазами задав мне вопрос: С вами все в порядке? Хотите, чтобы я остался? Я покачала головой, и моя ответная улыбка дрогнула лишь самую малость.

Карла снисходительно наблюдала за тем, как Бен закрывает за собой дверь, поднимает воротник куртки, защищаясь от холодного предрассветного ветра, и направляется к пекарне. Я украдкой с любопытством глянула на Карлу, пытаясь разобраться в их неправдоподобной дружбе. Она годилась ему практически в матери, но я почему-то сомневалась, что они состоят в родстве. Почти на всех пальцах у нее красовались кольца, на всех, кроме безымянного. На запястьях позвякивали браслеты, а в ушах покачивались длинные серьги из бусинок, почти совсем скрывшиеся под красно-золотым нитяным платком, обмотанным вокруг головы на манер тюрбана. Мне стало интересно, может, и у нее сегодня неудачная прическа?

Легко входя в свою профессиональную роль, Карла повела меня к маленькому ряду раковин в дальнем конце салона, не прекращая поток бессвязной болтовни. Сейчас она спросит, куда я поеду отдыхать в следующем году, мелькнула нелепая мысль, и я вынуждена была как следует прикусить губу, чтобы не захихикать. Я слишком устала и была слишком взвинчена, чтобы хоть как-то контролировать свои чувства.

Подобно маленькому матадору, Карла накинула мне на плечи парикмахерский пеньюар и усадила у раковины. Вероятно, у нее была команда помощников, которые обычно подготавливали клиентов, но Карла ничем не показала, что это ниже ее достоинства, умело вымыв с шампунем мои волосы и обсушив их полотенцем.

– Вы очень любезны, – неуклюже начала я, когда она перевела меня к рабочему месту. – Но мне неловко, что Бен побеспокоил вас в воскресенье утром.

Она встретилась со мной взглядом в зеркале, и я не смогла оторваться от ее глаз, в голубых глубинах которых было столько понимания. Брови у нее, подметила я, были густо прорисованы карандашом, словно делая яркое заявление. Они хорошо сочетались с остальным ее обликом.

– Никакого беспокойства. Что касается меня, то любой друг Бена автоматически получает обслуживание по высшему разряду. Знаете, он отличный парень. Настоящий бриллиант, как говаривала моя старая мать.

Я судорожно сглотнула, не зная, известно ли Карле, что еще несколько часов назад Бен был для меня совершенно незнакомым человеком… по-прежнему был совершенно незнакомым человеком, если уж на то пошло. Карла, похоже, считала, что нас связывают гораздо более глубокие отношения, и мне показалось не очень вежливым открыто ее поправлять.

– После всей той помощи, которую он мне оказал, это самое малое, что я могу для него сделать, – таинственно добавила она.

Спросить Карлу, что именно она подразумевала под этой интригующей фразой, было бы проявить явную невоспитанность, но вопрос этот вертелся на языке, умоляя, чтобы я его задала, пока женщина брала ножницы и расческу и приступала к работе.

– Значит, вы давно знаете Бена? – в итоге спросила я, когда сверкающие лезвия начали лязгать и пощелкивать в моих каштановых волосах.

– О, довольно давно, – подтвердила Карла, ничего тем самым для меня не прояснив. – Нас познакомил один общий друг, и когда Бен узнал, что у меня есть кое-какие проблемы с этим местом, – она широко взмахнула рукой, указывая на салон, – он дал мне дельный совет и оказал помощь. – Бен коммерческий директор или консультант по финансовым вопросам? Это можно представить. – И моя поездка в Вегас вообще вряд ли состоялась бы без его помощи, – продолжила Карла.

– Он агент бюро путешествий? – отважилась я высказать догадку, не вполне видя Бена в этом качестве.

Карла очаровательно рассмеялась, смех у нее был совсем молодой.

– О, бог с вами, милая, нет, – сказала она наконец, смахивая крохотную слезинку веселья из уголка глаза. – Просто он много путешествовал по миру. Он помог мне все заказать – билеты на самолет, отели и все остальное. Если бы не он, я, наверное, до сих пор листала бы брошюры и мечтала о поездке. Хотите посмотреть мои фото? – возбужденно предложила она, отложив ножницы, чтобы порыться в маленьком ящике стойки администратора.

Я была зрителем и слушателем поневоле, поэтому разве могла отказаться? С вежливой улыбкой я приняла у нее пухлую папку с фотографиями.

Пока Карла сушила феном мои волосы, я перебирала глянцевые снимки. Карла рядом со знаком Лас-Вегаса, широко улыбается у «Сизарс-пэласа» и «Белладжио» и, наконец, стоит под руку с очень похожим двойником Элвиса. Все казалось знакомым, хотя я никогда не была в Америке. На фотографиях из последней пачки Карла стояла в опасной близости от крутого обрыва в Большом каньоне, представшем во всем своем слоистом великолепии. Под палящим солнцем Невады она казалась краснолицей и воодушевленной. Смотрела в камеру победоносно, торжествующе подняв оба больших пальца. На макушке у нее сидели очень большие солнцезащитные очки, сдерживавшие густую копну рыжих волос.