— Да.

— Да?

— Ну, ты же сейчас подумал о том, что я рассказала ей. Да, рассказала, — киваю я, но тут же добавляю, — я не вдавалась в подробности.

— Алекс… — вздыхает Том, отложив кусочек в сторону, — я не люблю, когда в моих отношениях присутствует кто-то третий.

— Мы одни.

— Фигурально — да, но уже кто-то присутствует третий, зная о происходящем.

— Я знаю, о чём ты хочешь сказать. Ты думаешь, будто Лизи будет мешать, будто она будет накручивать меня или что-то ещё. Я права?

Том смотрит мне прямо в глаза, после чего коротко кивает.

— Да, так.

— Лизи никогда не будет куда-то лезть без приглашения. Она… она вообще не любит мусолить чью-то жизнь, раздавать советы и говорить, как кому-то жить правильней. Ты просто не знаешь её, не знаешь мою Лизи. Она выслушает, но не будет что-то говорить.

— Ты в этом уверена?

— Она считает, что у каждого человека своя голова на плечах и совать нос туда, куда не следует — она не будет.

— Хорошо, — улыбнулся Том, вновь подняв кусочек, но я почему-то не поверила тому, что он поверил мне.

— Ты мне веришь не до конца?

— Время покажет, Алекс. Если ты права, то я обязательно сообщу тебе об этом. И если это действительно так, то пусть вставит мозг моему брату на место.

— Ей не нравятся такие.

— Она его даже не знает.

— Она его видела, и сказала, что он какой-то придурок без слуха.

— С придурком согласен, — смеясь, кивает Том.

Задержав на нём взгляд, я неспешно взяла коробочку и покрутила её в руках, всё ещё обдумывая слова Тома. Если я открыто, готова верещать о своём счастье и радости на весь белый свет, то Том держит всё в себе, что говорит о его закрытости. Поэтому я никогда ничего не слышала о его жизни.

— Можно вопрос?

— Давай, — с улыбкой кивает он.

— У тебя были девушки?

— Если в плане отношений, то нет.

— Почему?

— Потому что я считал это лишим. Если быть честным до конца, то я всегда говорил о том, что они завершатся с выпускным вечером.

Видимо видя смесь ужаса и мрачности на моём лице, Том решает добавить ещё:

— Алекс, я не хочу, чтобы с нами было так. Мы поступаем в один университет, просто я на год раньше.

Эти слова поджигают новый огонёк в душе, и я верю Тому. Знаю, если нужно, я буду ждать его год, два, пять, если оно того стоит. А оно того стоит.

— Ты говоришь, что Джаред не хочет сковывать себя ответственностью, но сам придерживался того же мнения.

— Нет. У нас разные приоритеты. Джаред не желает отношений по причине того, что они привяжут его к одному человеку, а он хочет всех и желательно сразу, либо хотя бы каждый день новую. Я же не видел в них смысла, потому что считал, что это бессмысленная трата времени и заранее понятный конец. Я не боюсь ответственности, Алекс, я уже её на себя взял как минимум трижды.

— Трижды?

— Ну, я нахожусь в отношениях с тобой, сказал, что люблю тебя и позволил себе зайти дальше, став первым.

— Не-а, — улыбаясь, я закрутила головой, на что Том вопросительно посмотрел на меня, — это я тебе позволила.

— Может быть, но это не меняет сути.

Пододвинувшись ближе, я положила голову на его плечо и улыбнулась.

— Я никогда не говорил с кем-то о любви, сидя в трусах.

— Всё бывает впервые, — хихикаю я.

— Да, — кивает он, оставляя несколько поцелуев на моей макушке, — время начало четвёртого, у тебя скоро курсы. И Джаред написал, что мы чокнутые.

— Знала, что он оценит.

— Да? — смеётся Том, смотря на меня.

Видя искры огоньков в его глазах, я сглатываю слюну, а он забирает из моих рук коробочку. Его губы вновь накрывают мои, и мы оба валимся на диван. Заключив нависающее тело в кольцо из своих ног, я кладу ладони на его шею, в ответ Том расставляет локти по обе стороны моей головы. В его глазах я пропадаю, тону, погибаю. Костяшки нежно проходятся по моей щеке, а на его губах играет загадочная улыбка.

— Ты красивая, Алексис Блинд.

Кожа покрывается гусиной кожей, а внутренности передёргивает, после чего они плавятся.

— Я всё ещё не понимаю, почему не видел тебя раньше. Хотя, нет, я видел тебя. Ты часто делала домашку на поле.

Щеки моментально вспыхивают и начинают полыхать. Но я всё равно решаюсь сказать правду.

— Не совсем.

— Что?

— Я тащила туда Лизи, чтобы посмотреть на тебя.

Смеясь, Том качает головой, и я ловлю его губы, привлекая ближе. Сейчас мне нечего скрывать, если и быть в отношениях, то в тех, где нет секретов. Я не хочу врать ему или скрывать то, что сжигает меня, угнетает или радует. Губы Тома вновь скользят по моей шее, оставляя ожоги и посылая разряды тока. Нижнее белье падает на пол, и я снова отдаюсь ему каждой клеточкой души. Взяв контроль, я оказываюсь сверху, крепко держась за плечи Тома.