Молча пройдясь мимо, он достаёт стакан, наливает воды и осушает его, что в край разница с тем Джаредом, который без умолку трещит утром. Краем глаза я замечаю, что лицо дяди становится не таким лучезарным, как было минуту назад. И ещё я улавливаю, что с годами Джаред ещё больше берет от отца.

— Вы становитесь близнецами с каждым последующим годом, — говорю я, тут же получая вспышку карих глаз Джареда, которые светятся толи ненавистью, толи яростью, что удивляет меня, потому что они всегда были не разлей вода. Видимо, это в прошлом.

— Мы не похожи, — сухо отчеканивает Джаред, смотря на отца, после чего ставит стакан на столешницу и покидает стены кухни.

Спустя минуту, я прихожу в себя от шока и отвожу взгляд от проёма, где исчез Джаред.

— Не знаю, что между вами, но это явно слишком дерьмово.

— Ты прав. Я облажался.

— По шкале от нуля до сотни — насколько?

— Тысяча.

— Это хреново, — киваю я, — он отойдёт.

— Хочется верить, потому что это полное дерьмо.

— Мне лучше не знать?

— Да, боюсь, что ты разочаруешься тоже.

— Дерьмо случается, каждый может ошибиться.

— Не так.

— В любом случае, ему нужно время.

— Много времени, Том.

Кивнув, я подхожу к духовке и выставлю примерный таймер, чтобы не спалить индейку, над которой мама вчера потела, маринуя её во всех специях мира. И я заранее знаю, что она будет лучшей, по-другому быть не может, когда она на кухне. Мама относится к готовке слишком предвзято и кропотливо, в каждое блюдо она вкладывает себя, по этой причине мы каждый вечер питаемся словно в лучших ресторанах.

— Как дела в школе? Уже решил, куда будешь поступать?

— На юридический в Нью-Йоркский.

— Джаред тоже туда планирует. Хотя, может что-то изменилось, ты сам видел наше общение. К слову, сегодня он даже посмотрел на меня.

— Я в дерьме, — смеюсь я, — я же двинусь с ним на одном квадрате. И ты преувеличиваешь, тебе кажется.

— Хотелось, чтобы это было так, но я слишком хорошо знаю своего сына.

Замок на входной двери щёлкает, и на порог в прямом смысле этого слова взваливаются мамы, вслед за которыми заходит отец с кучей пакетов в руках и практически в зубах, из-за чего я тихо посмеиваюсь и дядя тоже.

— В следующем году на мне индейка, на тебе покупки, — тыкает он в отца Джареда, который отрицательно крутит головой.

— Не-а, — улыбается дядя, — пасую.

— Это было не рациональное решение. Ты не умеешь готовить, а я хотя бы что-то понимаю.

— У меня всё под контролем.

— Ты спалил индейку и закинул новую? — поставив пакеты на столешницу, улыбается папа.

— Первая ещё цела, благодаря Тому, кстати.

— Я же сказала, что примерно восемьдесят минут, — смеётся мама, войдя на кухню и взъерошив мои волосы, следом за ней заходит тётя, след губ которой тут же остается на моей щеке, а улыбка такая же добродушная. Видимо, именно она метается между двух огней в виде отца и сына. Недопонимания только между двумя мужчинами.

— Я поставил таймер, мам, — говорю я.

— Как твои дела, Том? — улыбается тетя Рейчел, которую я никогда не называл миссис Картер.

— Отлично, — киваю я, улыбаясь в ответ.

— Анна сказала, что у тебя появилась девушка и ещё ты в команде.

— Она не соврала.

— Поздравляю, — и её губы вновь на моей щеке, как и тёплые объятия, — познакомишь?

— Если получится.

— Хорошо, но твоя мама описала её самой настоящей принцессой. И мне кажется, что она влюблена в неё.

Смеясь, я смотрю на маму, которая вскидывает руки в воздух и широко улыбается.

— У него отличный вкус, — говорит она в свою защиту, — она красавица.

— Ты права, — киваю я.

— Надеюсь, я успею увидеть девушку Джареда до выхода в мир иной, — улыбается тетя.

— У него появилась девушка? — выгнув бровь, я смотрю на неё с интересом, потому что Джаред не говорил об этом.

— Нет, я просто питаю надежды на её скорое появление.

— А я-то как хочу её увидеть, — хохочу я, зная Джареда, — думаю, лет так через десять готовьтесь.

— Десять? — ахает тетя, приложив ладонь к сердцу, — слава Богу, я думала, ты скажешь никогда.

— Он планирует её появление в лет двадцать пять, не ранее.

— Ты только что дал мне надежду, — выдыхает она, — мой сын… кхм, ты сам знаешь Джареда. Он немного не постоянный.

С этими словами она на секунду задерживает взгляд на дяде, я же не придаю этому большое значение, потому что думаю, что она слишком приуменьшает положение дел личной жизни Джареда. И дополнительно ищет поддержку у мужа, который молча кивает с задумчивым и грустным выражением лица. Да, у них явно есть разлады, особенно между дядей и Джаредом. Но это их семья, и только их личное дело, я не хочу вмешиваться.