— Ты не против обнимашек? — спрашивает он, залезая ко мне под одеяло и привлекая в объятия.

— Я буду спать, даже если ты снимешь трусы и пристроишься сюда голым, Картер.

— Идея бомба, но инцест не по моей теме.

— Отлично.

Руки Джареда крепко обнимают меня, и мне становится жутко некомфортно, хотя это слабое выражение чувств, потому что на самом деле осталось ощутить его младшего дружка у своей задницы. Отодвигаясь дальше, Джаред лишь следом ползёт за мной, приводя меня в раздражение.

— Картер, прекрати умещать свой член у моей задницы, я гетеросексуален.

— Сексуален тут только я, — щебечет он, шлепая меня по заднице, из-за чего резко напрягаюсь и разворачиваюсь лицом.

— Как только я встану, откручу твою башку.

— Вот она, твоя любовь, — широко улыбается Джаред, подложив локоть под голову, пока я скидываю его вторую руку. Этот идиот набирает мышечную массу довольно быстро, и это пугает, потому что через год сюда может заявиться машина, для которой будет нужен отдельный проход.

— Надеюсь, время ускорится, и ты исчезнешь, как только я моргну, — вздыхаю я, когда телефон позади, издаёт звук о прибытии нового сообщения.

Я не знаю, кто не спит в такое время в субботу утром, но как только поднимаю телефон, вижу имя своей девушки, что заставляет меня улыбнуться в это дрянное утро. Знала бы Алекс, когда набирала сообщение с пожеланием доброго утра, что я торчу тут с предводителем идиотов, не стала бы делать такие воодушевляющие поспешные выводы. Но я набираю ответное пожелание и спрашиваю, по какой причине она не спит, после чего убираю телефон в сторону, но он тут же сигналит снова, и на экране чёрным по белому написано: «Лизи вчера принесла конфеты ночью», издав смешок, я пишу ответ: «Ты будешь бегать до тех пор, пока не выгонишь их?», на что тут же получаю: «Да!!!!». Смеясь, я набираю ответ: «Ты и так красивая», тут же получая следующее: «Когда я не буду помещаться в дверном проёме, тогда ты заговоришь по-другому», и к нему добавляется ещё одно: «Спасибо, люблю тебя. Всё, я передохнула и передохла. Напишу, когда буду худой». Смеясь, я перечитываю последнее несколько раз и убираю телефон в сторону, натыкаясь на самодовольную ухмылку Картера. Я даже не собираюсь отчитываться перед ним, поэтому вновь поворачиваюсь на другой бок, чтобы поспать, хотя идея присоединиться к Алекс, кажется мне очень даже заманчивой.

— Ты закадрил эту девочку? — чуть ли не поёт Джаред.

Молча подняв руку, я показываю ему средний палец, на что получаю смешок.

— Вот же придурок! — закатывается он, — в шестнадцать покрестил себя, ты не мог отмазаться от неё?

— Скажи мне, ты идиот с рождения или это приобретённое?

— Идиот тут только один, который заклепал себя в шестнадцать.

— Я подарю тебе мозги на Рождество.

Джаред продолжает посмеиваться, но через пару минут его смех прекращается, даря мне желаемую тишину, хотя, я был бы ещё не против, чтобы он свалил из моей комнаты.

— Да ладно, Томми, — говорит он слишком подозрительно спокойным тоном, из-за которого я желаю повернуться и взглянуть на него, но отказываю себе в подобном жесте.

— Картер, молю, свали.

— Ты любишь её? — ошарашивает меня братец, из-за чего я тут же заворачиваю к нему лицо, выгнув бровь. Подвох где-то рядом, я в этом уверен, Джаред желает узнать это лишь для того, чтобы в дальнейшем подбирать новые шутки.

Окинув его недоверчивым взглядом, я жду продолжения или какую-нибудь колкость, но он молчит. Даже больше — его лицо выражает серьёзность, а в глазах не бегают искры дебилизма. Что с ним не так? Не уж-то в Бостоне нашлась та, что заполучила не только его младшего дружка на один вечер.

— Ты любишь её? — повторяет он.

— Не думаю, что буду обсуждать с тобой свои отношения.

— Ответь мне да или нет.

— Твоё какое дело?

— Я хочу знать.

— Меня не особо волнует, что ты хочешь.

— Я хочу знать это для того, чтобы не упустить своё в будущем.

— Картер, смой это серьёзное выражение лица, и стань придурком, как ты любишь.

Я уже отворачиваюсь, как он задерживает меня в положении полубоком и это в действительности пугает. Сейчас того Джареда, которого я знаю и который был минуту назад — нет, на смену ему пришёл какой-то непонятный. Я даже не могу подобрать точное описание человеку напротив. Я не знаю, уловка ли это для будущих шуток или он интересуется вполне серьёзно.

— Том, да или нет, — вторит он, продолжая сверлить меня взглядом тёмных глаз. Том? Том, а не Томми? Дело серьёзное?

— Да, теперь отвали.

На губах Джареда тут же начинает появляться тень улыбки, и я понимаю, что попал на крючок. Вздохнув, я окидываю его взглядом, и отворачиваюсь, потому что этот придурок готовит новые шутки. Но ни одной ещё не вылетело, что снова удивляет.

— Как ты это понял?

— Что? — хмурюсь я.

— Как ты понял, что любишь её.

— Просто понял, к чему ты этим интересуешься? Если запасаешься идеями для шуток, то заранее говорю: мне плевать.

— Я уже сказал для чего.

— В Бостоне появилась та, что отказала тебе?

Губы Джареда растягиваются в ехидной улыбочке, а я закатываю глаза. Нет, она определённо не появилась.

— Не-а, такой не существует.

Бинго!

— Плохо ищешь.

Лицо Джареда вновь становится непроницаемым и такая резкая смена в его настроении начинает пугать меня. От идиота до серьёзности — доля секунды.

— Какая нахрен разница? Я просто хочу знать, как ты это понял.

— Это не нужно понимать, ты просто знаешь, что любишь и всё.