У нас даже была свадьба. Нэмьер не пошел и меня не пустил, ведь женились низкородные, но мы так радовались и весь вечер поднимали за них бокалы.

Легок на помине, в гостиную вошел новый лорд. Мне снова захотелось потискать его — растрепанный, заспанный, и так мило кутался в серебристый халат. Я сдержалась лишь потому, что Нэмьер выглядел расстроенным. Он хмурился и недовольно глядел по сторонам, а еще молчал, хотя всегда желал доброго утра.

— Калсан не связывался с тобой? — спросил он, помогая мне устроиться за столом.

— Нет, с чего бы это? Он ушел и забрал своих людей. Хвала богам, стену быстро восстановили с помощью чар. Мне казалось, ему незачем терзать нас. Думаешь, он будет мстить из-за того, что мы похоронили Гайди, а не отдали тело ему?

— Ему это явно не понравилось, но есть проблемы серьезнее.

— Он связывался с тобой? — спросила я.

Утро так хорошо начиналось, ну почему этот колдунишка опять встрял? Нэмьер не торопился отвечать, сперва сел и долго наблюдал за руками Эделины, которые порхали над столом.

— Нет, но я все чаще вспоминаю его слова.

— Какие?

У меня все внутри клокотало, а Нэмьер будто издевался. Он долго молчал, прежде чем заговорить:

— Когда я узнал про Стефана, Калсан сказал, что нас двоих было слишком много для этого мира. Тогда я не мог думать и все казалось верным, но сейчас я уже не уверен.

— Он что-то задумал? Прошу, не тяни!

— Боюсь, он убил Стефана также и для того, чтобы управлять его духом и узнать больше о слезах Ашвейна. Калсан задумал что-то, неспроста брат не почувствовал приближение Теней. И у Варсата Калсан излучал странную энергию.

Нэмьер хмурился все сильнее. Воспоминания о Стефане терзали его, но я уже не могла замять тему:

— Нам что-то угрожает?

— Нет. Слезы Ашвейна почти исчезли благодаря тебе, Калсану незачем возвращаться.

Он улыбнулся слабо, но искренне. Не получалось думать, что от меня что-то зависело, хоть другого объяснения не находилось. Мне просто было спокойно, а как и почему это случилось, казалось неважным.

— Госпожа, — шепнула Эделина. — Вещи, которые вы велели, уже собраны, что делать с остальными?

— Какие вещи? — спросил Нэмьер и смерил меня взглядом.

Из головы вылетели все мысли, и я застыла с ложкой во рту. Разговор давно назревал, но не так резко, боги, ведь ничего не решено!

— Вещи, которые нужно взять с собой.

— Куда?

Нэмьер нахмурился, будто кто-то пытался вынести его кровать без спроса. Что ж, неплохой знак.

— Домой. Я писала родным, но мы давно не виделись…

Боги, сейчас все и решится. У меня не хватило смелости сказать об отъезде, вдруг Нэмьер дал бы понять, что возвращаться не стоило. Он был нежен со мной и явно привязан, но сильно ли?

— Когда ты уезжаешь? — спросил он и посмотрел в свою тарелку.

— Еще не думала… через несколько дней.

Я смотрела на него и ждала вопросов, грустного взгляда или хоть чего-то, но он спокойно ковырял вареное яйцо. Ему было все равно. У меня затряслись руки, это известие рухнуло неожиданно. Не следовало мечтать и верить россказням Калсана, зачем лорду такая, как я?

— Привози их сюда, — сказал Нэмьер, — если все так, как ты рассказывала, им нечего делать в Ильмисаре. Только не говори о том, что мы не женаты. Перед отъездом устроим небольшую церемонию, пригласим только свидетелей из высокородных, ты ведь не против? Скажем, что свадьба состоялась раньше.

Он говорил не поднимая глаз. Я не верила своим ушам, как-то это не правильно.

— Ты предлагаешь мне стать твоей женой? Из-за сил… или как это еще назвать?

— Да. — Нэмьер кивнул и внимательно посмотрел на меня. — Но не только из-за этого.

Он слабо улыбнулся и снова опустил взгляд.

— А из-за чего?

Наверняка я выглядела идиоткой, но как еще? Мне нужно было знать все, не то с ума сойду!

— Елена… зачем мне супруга без приданого и с родителями-мятежниками? Твои силы и сейчас вернули к жизни мой Ашвейн, в браке нет… деловой необходимости.

Нэмьер заговорил раздраженно. Боги, да он смущался! Даже чуть покраснел. Ну конечно, он же мужчина — его делом было воевать и решать дела своих владений, а не рассказывать о чувствах. Всем было трудно говорить о любви.

На миг у меня помутился рассудок. Я подбежала к Нэмьеру и залезла к нему на колени, стул со скрежетом отъехал от стола, Эделина захихикала, что-то зазвенело на полу. Не важно, ведь лорд смеялся и обнимал меня. Теперь все не важно, были только мы, наши объятия и горячие губы.