— И что, мам? — Оборвала я поток её сбивчивой речи. Наврать что ли, что в воскресенье работаю?

— А то, что я хочу внучку, — огрызнулась мать. — Мы с отцом уже пожилые люди. У меня часто болит сердце, и я хочу хотя бы перед смертью увидеть свою дочь счастливой.

— Какой еще смертью? — воскликнула я. — Вам с отцом всего по сорок восемь лет.

— Ты хочешь, чтобы твоя мать умерла раньше времени? — надавила родительница на больное место.

— Да нет, конечно! — О чем она вообще думает?!

Мама на том конце «провода» вздохнула и расплылась в улыбке, осознав, что дело выгорело и я у неё в кармане.

— Тогда в воскресенье ждем тебя на даче. За Кирюшей завтра папа с утра заедет, — объявила моя родительница и бросила трубку.

Я посмотрела на экран своего смартфона. Что это было вообще? Может объесться мороженого и сказаться больной? Не хочу ни с кем знакомиться! Я уткнулась лицом в диванную подушку и чуть не взвыла.

— Масик, я одела твою рубашку ты не против? — надув губки проворковало полуголое создание передо мной, когда я пришла в дом Машкиного начальника подменять её на работе. Из одежды на девушке была только эта самая рубашка и кружевные трусы, которые распахнутая одежка с чужого плеча явно не прикрывала.

Во всех комнатах опять бардак, как будто нас с мелким вчера здесь и не было и это не я, как пришибленная на голову Золушка несколько часов выдраивала этот дом.

Со второго этажа выплыл мокрый после душа Кирилл в одном набедренном полотенце и, увидев моё прифигевшее выражение лица, сначала скорчил виноватую физиономию, а потом, видимо, вспомнив мое вчерашнее поведение и мою должность в этом доме, самодовольно обнял эту девицу и чмокнул в её надутые губы, оценивая мою реакцию.

Я сделала вид, что этих двоих в упор не вижу и молча прошла в гардеробную, чтобы поменять свои майку и джинсы на униформу горничной. Когда вышла, то недовольная чем-то девушка уже полностью одетая в короткое платье и туфли на шпильках спустилась со второго этажа, и, одарив меня сердитым взглядом, громко хлопнула входной дверью, после чего с визгом укатила отсюда на своей машине. Взвизгнули почему-то колеса на её престижном автомобиле.

— Маш, сделай мне кофе, — неожиданно раздалось над моим ухом, и я чуть не подпрыгнула. Он что самоубийца? Или все еще надеется, что я уже научилась его варить?

— Хорошо, — буркнула я и прошла на кухню.

Вчера мы с маленьким Кирюшей потратили пару часов на то, чтобы освоить новый рецепт кофе с корицей. Получилось даже вполне сносно, но нам с Машкой все равно проще вскипятить чайник, чем возиться с подаренной моими родителями, в числе прочих мелочей на новоселье, туркой.

— С ума сойти! Это что за взрыв на макаронной фабрике?! — ошарашенно выдохнула я, едва переступила порог кухни, с запоздалым пониманием того, что кофе было только предлогом, чтобы показать мне это безобразие. Где-то сзади за мной плелся Кирилл и виновато произнес:

— Понимаешь, Настя вчера решила приобщить меня и парочку своих друзей к здоровому образу жизни.

— Лучше бы вы продолжали вести нездоровый, — проворчала я себе под нос, не ожидая, что он меня услышит. Но Кирилл услышал.

— Согласен. Настя, после того как у неё что-то сгорело тоже так решила и заказала всем суши.

— Здорово, — я отрешенно осматривала почерневший от дыма еще вчера абсолютно белый шкафчик и завалы не понятно чего на всех поверхностях.

Тяжело вздохнув начала выбрасывать все ненужное. Вчера хотя бы кухня была чистая. Кирилл, уже одетый в черную футболку и джинсы лениво развалился на кухонном табурете и наблюдал за моими манипуляциями.

— Как ты провела вчерашний вечер? — Спросил он, разглядывая что-то непонятное в сковородке, прямо перед собой.

— Немного скромнее, чем вы. — Отрешенно ответила я. — Провела весь вечер с Костиком перед телевизором.

— Его же вроде звали Мишей, — удивился парень. Я с недоумением на него посмотрела и молодой человек объяснил: — Ну, твой качок с горой мышц. Его же вроде звали Мишей?

— А. А-а, — как ни в чем не бывало, пожала я плечами. — А я что сказала? Точно, Миша. Мы просто весь вечер смотрели «Ворониных». Там одного героя зовут Костя, и я видимо оговорилась. Знаешь эти дурацкие комедийные сериалы, которые все крутят и крутят по телевизору. Хотя откуда тебе знать, если ты такое не смотришь, — снова пожала я плечами, продолжая нести бред. Надо же было так спалиться. Хотя мы с маленьким Киром вчера действительно весь вечер смотрели «Ворониных», и он даже не требовал включить ему мультики. А наутро приехал папа и просил прощения за мамину бестактность и попытки как-то повлиять на нашу жизнь.

— Мы тебя любим дочка, — сказал он, обнимая меня на прощание, перед тем, как увезти Кирюху. — Так что не обращай внимания на мать. Ты ведь знаешь, что она у нас со своими тараканами. Если что задумает, прет как танк и не обращает внимания на чувства и переживания других. — Это он всегда так говорит. А сам обожает и меня и мать. И в душе по поводу моей личной жизни с ней согласен.

— Ты давно встречаешься со своим Мишей-Костей? — неожиданно поддел меня Кирилл и брезгливо отставил от себя, что-то имеющее специфический запах.