Сам Малик признался, что чуть было не раскололся насчет наших успехов и того, что он уже — ого-го! — сто второго уровня, да и вообще, не вор больше, а самый настоящий бард с легендарным горном и эпической гитарой с воздушными струнами.

— Перепил, с кем не бывает, да, парни? — вопрошал он. — Хорошо, мне херово стало, еле успел до унитаза добежать… А когда проблевался, башка прояснилась…

Хангу никого не подставляли, это было не нужно. У него имелась Элисон. А ведь она из «Т-Модуса», молодежного крыла «Модуса», в которое входили не только тинейджеры, но и игроки постарше, вроде моей знакомой Пайпер. Ребята встречались вне в Диса в развлекательных виртмирах и даже кое-что попрактиковали еще до встречи в реале. Перед «Дистивалем» старшие товарищи наверняка проинструктировали Элисон, что нужно вызнать у Ханга.

— Парни, я, кажется, влюбился… — признался он шепотом на уроке истории. — Понятно, мы встречались в вирте, но в реале она совсем другая… Настоящая. Первый класс, парни! Бейте меня, лишайте лута, пофиг, но я просто забыл обо всем, когда она оказалась рядом. Прости, Алекс, я ни фига не смог выяснить из того, что ты просил.

— Все так серьезно? Да я рад за тебя, Бомбовозище! — я ударил Ханга кулаком по плечу, он даже не поморщился. — Как провел время?

— Офигенно!

— Подозрительного ничего не было? Как вела себя Элисон?

Ханг призадумался, нахмурился и мрачно признал:

— Что-то странное было. Она задавала слишком много вопросов. Вроде бы спрашивала все время разное, но, если подумать, на одну тему. Чувствовал себя, как на минном поле, пытаясь объяснить, почему не играю в Дис после выхода из песочницы — а я ведь ей говорил об этом и раньше. Мол, готовлюсь к гражданским тестам, родители строгие, на Дис нет времени, вот, на «Дистиваль» кое-как отпустили. А она: «М… понятно. Тесты очень важны! Твои родители — очень мудрые люди, Ханг. Кстати, а почему твои друзья не играют?» И так по кругу. Еле отбрехался.

— А вообще, топорно они сработали, — хмыкнул Эд. — Думали, покажут пару сисястых красоток, те улыбнутся — и все, мы поплывем? Хрен там!

На этой мажорной ноте мистер Ковач рассадил нас по разным концам класса и отобрал коммы. Так что разговор мы продолжили, только добравшись до моего дома.

Мама познакомилась с друзьями вчера, когда я спал. И сейчас, не слушая возражений, начала суетиться, рассаживая парней, а потом решила готовить нам обед. Похоже, она была в шоке, что у ее сына наконец-то появились настоящие друзья, еще и парни! Ведь по большому счету, кроме Евы и Арона «Роболюба» Квона, с которым мы поссорились пару лет назад, ей и некого было вспомнить. Не сказать, что я был каким-то социопатом, просто всегда держался сам по себе, не сближаясь ни с кем, не говоря уже о том, чтобы пригласить домой. А тут сразу трое!

Парни, смущенные таким гостеприимством, тихо устроились на диване. Ханг занял половину, еще почти столько же ушло на Эда, а где-то между ними, стиснутый могучими плечами друзей, задыхался Малик. Жаль, отца не было, он рвал жилы в капсуле, стремясь поскорее достичь десятого уровня.

— Родители в курсе, — тихо сказал я. — Про «угрозу», и вообще. Можно говорить свободно, мама не будет болтать.

— Ой, я в этом не разбираюсь, — махнула рукой мама, каким-то образом услышавшая мои слова. Когда ей надо, она слышит все, это ее суперсила. — Для меня это темный лес. Говорите о чем угодно, главное, без пошлостей.

— Никаких пошлостей, миссис Шеппард! — весело откликнулся Ханг и вскочил с дивана, опрокидывая Малика. — Давайте я помогу вам на кухне…

Тут у меня сработал коммуникатор. Прочитав сообщение, я попросил парней чувствовать себя как дома, а сам пошел в свою комнату и забрался в капсулу.

Вернулся оттуда только через четверть часа. Ханг как раз помогал маме расставлять блюда на столе, а Малик с Эдом развлекали ее рассказами о «Дистивале».

— Дьюла сегодня готов начать строить оплот, нужны материалы, — сказал я. — Список он скинет тебе, Эд. Утверждает, что это займет трое суток, а у нас их нет. Так что сегодня мне придется готовить омлеты из яиц стервятника, они вдвое ускоряют работу.

— У меня много яиц, — сказал Малик.

— Мы знаем, — серьезно ответил Эд.

Он шутил, но яйца стервятников не проблема. Этих падальщиков в Лахарийской пустыне полно, и десяти шагов не пройдешь, чтобы эта дрянь не спикировала. Яйца падали не из каждого, но нафармить их довольно легко.

Пока обедали, я рассказал о достигнутом в Дисе, умолчав о встрече с Фортуной. Почему-то мне показалось это правильным, не выдавать секреты богини. О Сергее Полоцком тоже не стал говорить, решив, что эту информацию пока стоит придержать.

— Мальчики, а чем вы планируете заниматься? — вдруг спросила мама, до того сидевшая молча. — Я имею в виду, после того как добьетесь желаемого в «Дисгардиуме».

— Я хочу играть в американский футбол, — сказал Ханг. — В настоящий. Не в Дисе. Но для этого нужно поступить в колледж или универ, куда мне без денег не сунуться. Но вообще, мои желания ни хрена… простите, миссис Шеппард… ничего не значат. Так что все планы связаны только с Дисом.

— А мне понравилось на гитаре играть, — смущаясь, сообщил Малик. — Пока только в Дисе, правда, но, если там получается, может, и в жизни смогу? Я даже выпросил у дяди его старую шестиструнку, но еще не забрал. Кто знает, вдруг у меня талант?