Немного помолчали, смотря друг другу в глаза немигающим взглядом.

— Извини, — наконец произнес Всеволод.

— Что? Мы даже обойдемся без драки? — Усмехнулась Ллос.

— Ты снова оказалась мудрее меня. Я тебя должен благодарить, что избавила от грядущего ада. А я… как ребенок… какой же я еще ребенок… — сказал и, сделав несколько шагов обнял ее. По-дружески. И она ответила, добро так и светло улыбнувшись. Не ожидала она таких слов. Не ожидала.

Но вот, «обнимашки» закончились. Женщина выглядела уже много благодушнее. И Всеволод спросил, продолжил разговор на русском.

— Я надеюсь, мой ребенок не погиб?

— Разумеется. С твоим сыном все хорошо. И с женой.

— Бывшей.

— Бывшей, — нехотя согласилась Ллос. — Но поверь — она меня уже совершенно достала, выпытывая, куда ты делся. Скажи я, что в этот мир, суток не пройдет, как она откроет сюда портал.

— Ты серьезно?

— Сильвана… она всегда была легкомысленна. Впрочем, забудь, что я тебе говорила о ней. Будто бы она шлюха и дура. Я ведь старше ее. Сильно старше. Для меня вы оба — малыши. Годы и испытания сделали меня слишком грубой и резкой. Слишком разумной. Слишком боящейся своих чувств, причинивших мне некогда столько боли. А она… она все еще жива и пылает, переполняющими ее эмоциями. И меня это злит. Только сути это не меняет — она хочет твоего возвращения.

— А я его не хочу.

— Вторая смерть ее сильно изменила.

— Не хочу даже слышать, — раздраженно произнес Всеволод. А потом, продолжил, сняв с пальца графский перстень: — Передай это сыну. Я объявляю его своим наследником. — По камешку пробежала едва различимая молния, словно подтверждая принятие приказа.

— Я передам, но только если ты наденешь кольцо власти.

— Это будет выглядеть слишком провокационно.

— Малыш, ты хочешь, чтобы я вынудила тебя? Ты сомневаешься во мне?

Всеволод промолчал. Он не сомневался, но говорить этого не хотелось.

— Итак… — произнесла Ллос уже на местном языке, пристально посмотрев на Дарону. — Хорошая девочка. Но ты не можешь брать ее в жены. Я, конечно, тебе помогу. Но где гарантии, что после пары десятков воскрешений, она не потеряет желание жить?

— Воскрешений? — Нервно сглотнув, спросила Дарона.

— Конечно, милая. Или ты думаешь, что эльфийки позволят тебе быть возле него? Понимаю. У вас с ним искреннее чувство. Это хорошо видно. Но ты же взрослая девочка. Подумай о себе и своих детях. Вас будут убивать. Постоянно. А когда устанут от ваших воскрешений, начнут ловить и приносить в жертву каким-нибудь мрачным богам. Так, чтобы душа оказалась поглощенной. Хорошее будущее?

— Не пугай ее! — Рявкнул Всеволод, выступая вперед и заслоняя Дарону от Ллос.

— Что из сказанного мною ложь? Что? Представь эту белокурую стерву. Думаешь она не попытается ее убить? А высокородные дамы с Зеленых островов? Ты что, сомневаешься в их коварстве? Или пытаешься себя убедить в том, что, хотя бы раз в месяц, она не станет умирать у тебя на руках?

Всеволод скрипнул зубами. Печально взглянул на Дарону. И тихо произнес:

— И что ты предлагаешь?

Ллос махнула рукой и рядом с ней вспыхнул портал, из которого почти сразу шагнул дре’нау. Крупный такой гуманоид с кожей цвета небесной лазури. Глаза его пылали белым светом, чуть паря. А на ногах, в отличие от эредар, не было копыт. В целом он довольно сильно походил на человека, исключая цветовую гамму и кожистые усики, растущие из его подбородка.

Он потянул носом воздух и сразу уставился на Дарону.

— Внучка, — с хорошо заметным оттенком досады, произнес он.

— Плохая идея, — насупился Всеволод. — У нее и так вся жизнь была унижением. И что теперь? Ты хочешь отдать ее ему? Она ведь для него чужая!

— Она моя внучка! — Пророкотал этот дре’нау.

— Откуда же в тебе столько досады? Не рад ее видеть? Надеялся, что она будет больше похожа на дре’нау?

— Это не тебе решать!

— Это мне решать! — Рявкнул Всеволод, выступая вперед и доставая из кобуры пистолет. Но до драки не дошло. Богиня чуть шевельнула рукой и сгустившийся воздух остановил парня.

— Успокойтесь! Вы оба!

— Этот сопляк будет мне указывать? — Недовольно прорычал дре’нау.

— Этот сопляк едва тебя не убил. Если бы я не вмешалась.

— ОН?! МЕНЯ?!

— Да. Или ты не веришь мне?

— Кхм… — резко остыл дре’нау, совсем по-другому взглянув на Всеволода. — Что ты хочешь?

— Чтобы ты гарантировал ее покой и безопасность. Чтобы никто ее не смел обижать или унижать только потому, что она не похожа на вас… что она наполовину орк.

— Кому я должен гарантировать это? Я твоего имени не знаю. Предлагаешь дать гарантии простому безымянному бродяге? — С едва заметной улыбкой, произнес этот дре’нау.

Всеволод заскрежетал зубами и с досадой посмотрел на Ллос.

— Ты сам этого хотел, — невинно улыбнулась она. — Надень перстень и представься. Хотя бы кратко. Этого будет достаточно. Я засвидетельствую клятву уважаемого Аргуса перед тобой.

Несколько мучительных мгновений. И он полез в сумку. Достал оттуда тряпицу с регалиями лорда синдар. Достал перстень власти — Илькваэрэ. И надел его на палец. Довольно крупный прозрачный камень — сильмариль — ярко пыхнул и стал мерно, мягко пульсировать, словно урча от удовольствия. После чего Всеволод расправил плечи. Горделиво вскинул подбородок. И, смотря Аргусу прямо в глаза, произнес: