— Мне нужно зайти в свою комнату. Я сейчас вернусь, — пролепетала я, и выскочив из кухни, быстро взбежала по лестнице. Я распахнула дверь и поспешно зашла внутрь. Только когда дверь закрылась, я смогла дышать.

— Это Рози. Она будет жить с нами. Она милая, не так ли, Нора? Такая милая, милая девочка.

Сквозь пряди волос я наблюдала, как моя мать держит за руку маленькую девочку и заводит её в дом. Папы ещё не было дома, так, что были только мы. Мать. Уродливая Нора. И очень милая Рози.

Мне хотелось улыбнуться новенькой девочке. Потому что она выглядела испуганной и грустной. Такой, какой я была внутри.

— Это… Нора, — я всегда ненавидела, как мать запиналась перед тем, как произнести вслух моё имя. Как будто это было плохое слово.

Рози посмотрела на меня и волосы, которые прикрывали уродливую часть лица. Часть, которую моя мать не хотела, чтобы кто-нибудь увидел. Но я знала, что Рози увидит меня в любом случае. Я была уверена, что не сумею спрятаться от Рози. Она все замечала.

Рози никогда не признавала меня. Она схватила мать за руку и посмотрела сквозь меня. Как будто меня там и не было.

Невидимая.

Незаметная.

Я должна была привыкнуть к этому. Но это всё равно ранило.

Я не могла оставаться слишком долго в своей комнате, иначе мать будет вынуждена пойти искать меня. Я схватила ноутбук и засунула его в сумку, прежде чем спуститься вниз по ступенькам.

Я снова услышала смех матери и Рози, и ждала за дверью, не желая входить.

Потому что я всегда была чужой. Лишней. Нежеланной.

Даже в своём собственном доме.

Я стояла около гостиной, выглядывая из-за угла, чтобы увидеть их, но так, чтобы они не видели меня.

Я вернулась домой из школы уже около часа назад, но моя мать так и не пришла поинтересоваться, как прошёл мой день. К тому же, я была взволнована. В школе учительница прочитала нам историю. Выдуманную историю с интересными героями.

Я дождаться не могла, чтобы прочитать её маме и папе. Папы дома не бывало допоздна, поэтому я планировала поделиться сначала с мамой. И, возможно, с Рози, если бы и она оказалась дома.

Рози всего на год старше меня, и когда она переехала, я надеялась, что у меня в школе появится новый друг. Вместо этого она игнорировала меня. Иногда смеялась надо мной с друзьями, которых там завела.

Поэтому, я научилась избегать её.

Рози оказалась нехорошим человеком. Несмотря на то, что девочка была хорошенькой внешне, и её смех напоминал перезвон колокольчиков, она была ужасной внутри.

Но мама не замечала этого. Не имело значения, что я говорила, она не хотела верить, «что милая маленькая Рози» может быть неприятной девушкой, о которой я ей рассказывала.

Папа вообще много не разговаривал. Он просто велел мне держаться подальше от Рози. Как будто это могло её остановить.

Мама любила Рози. Она была именно той дочерью, о которой мама всегда мечтала. Ей не было противно её лицо. Она не отворачивалась, когда Рози входила в комнату.

Как-то раз я видела, как Рози прижималась к моей матери, когда они вместе смеялись над какой-то глупой телевизионной программой. Мама обнимала Рози за плечи. Моё сердце сжалось от вида того, как она нежно поглаживала девочку по голове.

А потом она наклонилась и поцеловала макушку своей приёмной дочери.

В тот день моё сердце разбилось.

Оно никогда не сможет исцелиться.

Моя мать и Рози, наконец, вышли ко мне. Я смотрела, как Рози обнимает мою мать. Та потрепала её длинные темные волосы и похлопала девушку по спине. Легко. Непринуждённо. С любовью.

Все мои внутренности скрутило в узел.

Я последовала за Рози к её машине, видавшему виды жёлтому «Вольво». Она помахала моей матери в последний раз, прежде чем сесть на водительское сиденье.