Изгоев оказалось меньше, но они были старше, крепче, да еще и оказались вооружены палками и ножами. Стоило кому-то из обитателей домика только приблизиться к их территории, его быстро прогоняли, не стесняясь пользоваться при этом еще и камнями. Поэтому живущим в домике детям приходилось идти в поисках еды на пустырь – то место, где были похоронены взрослые.

Тела большинства детей носили на себе следы постоянных драк – синяки, царапины, даже шрамы, – а их одежда была изодрана в клочья. И совершенно очевидно, ни одна из сторон не может одержать верх. Жители домика давили числом и злобой, изгои имели оружие. Ситуация оказалась патовой.

Но здесь, спустя столько лет, появился Два Ножа. А у него всегда был план.

Ночью он разрушит забор. Наверняка, это спровоцирует детей из домика на атаку. Пусть дерутся, возможно, самые большие забияки как следует пострадают. А после драки остальных утихомирит уже Два Ножа, в конце концов, он старше и сильнее всех, а на его поясе висят два самых настоящих ножа. Даже если кого-то придется убить, ему плевать.

Когда-то они жили вместе, значит, обязаны объединиться, чтобы в дальнейшем работать сообща. Пусть это породит волну насилия, пусть даже погибнет большая их часть, под строгим надзором они выстроят новый мир.

Два Ножа поудобней устроился в своем укрытии – кучи наваленных веток, оставшихся, должно быть, после строительства забора – и принялся есть землянику, которую собрал по дороге к опушке леса.

У Два Ножа был план. Не слишком простой, но и не самый сложный – именно такие планы обычно и являлись самыми действенными.

Он не собирался переть на рожон: никаких вылазок в сторону противника, никакого штурма поместья или укрепленной базы, где сейчас засел ближайший Продавец грез. Представитель собирался окопаться в трущобах, параллельно собирая всю возможную информацию о враге. Наверняка у оппонента есть люди везде, а значит о появлении четырех чужаков он или она узнает не только благодаря «фонарику» в голове. Возможно даже ему (или, опять же, ей) даже раскроют их местоположение.

В общем, Продавец грез должен чувствовать свое превосходство. Трущобы он должен был определять как свою или почти свою территорию. А ведь нет ничего лучше, чем сражение у себя на земле.

В то же время, противник вряд ли нападет в первый день или два. Зачем? Наверняка подождет, не сунется ли Два Ножа на рожон или совершит какую-то другую критическую ошибку. А это даст время Представителю четвертого время. Время хотя бы на то, чтобы чужая территория стала хоть чуть-чуть своей и для него.

Это был риск, но война – всегда риск. Продавец грез всегда в выигрышном положении: у него больше телохранителей, он использует Слепок на полную с самого рождения, а не только за пару месяцев до начала Игры. Но статистика говорила, что из последних десяти битв за трон семь выигрывали Представители. Битвы, что были раньше, можно в статистику не брать – тогда Продавцы предпочитали сражаться самостоятельно.

К тому же, с практически стопроцентной вероятностью Два Ножа будут противостоять либо изнеженная соплячка, либо столетний старикашка, имеющий по слухам серьезные проблемы с психикой.

«Я запросто заберу второй Слепок еще до начала зимы, и у меня будет несколько месяцев, чтобы потренировать свои способности», – думал Представитель четвертого клана, засыпая.

Но все было не так просто.

– Господин, – шипел ему на ухо Хаас, – Два Ножа, просыпайся.

Представитель отмахнулся от трясущего его за плечо телохранителя. Изнеженное за долгие годы пребывания купцом тело не годилось для такой резкой встряски. Да еще о себе давала знать бутылка вина, выпитая перед сном.

– Что, мать твою?.. – выдохнул он, с трудом разлепив пересохшие губы.

– Креви мертв.

Наверное, именно такие новости обычно сравнивали с ведром холодной воды, вылитой за шиворот. Сон – но не тягучее полупохмельное состояние – как рукой сняло. Два Ножа выхватил спрятанный под подушкой пистолет и вскочил на ноги.

– Показывай.

– Это на улице, – осторожно сказал Хаас.

– Заан, прикрой нас.

Младший телохранитель, стоящий с винтовкой у закрытой двери, сначала переглянулся с Хаасом, но потом все же неуверенно кивнул.

Два Ножа собирался уже двинуться к выходу, но остановился. У него же есть прекрасная система слежения. Зажмурившись, он поискал у себя в голове «фонарик» ближайшего врага (попутно отметив, что выпивка сильно снижает отзывчивость Слепка). Тот не изменил свое местоположение ни на йоту.

– Показывай, Хаас.

Они вышли на улицу. Небо на востоке только-только начало светлеть, и воздух был даже не освежающим – холодным.

– Это по ту сторону дома, – еще более осторожно проговорил Хаас.