— Понял, всеблагой отец.

— И ещё. — Никонт широко зевнул, видимо потеряв интерес к беседе. — О том, что ты в запретном городе был, молчи. Чтоб ни одна живая душа о том не знала! Будешь языком трепать, где ни попадя — без языка и останешься.

— Так Аникей с Данилой же знают, — решил напомнить я.

— Эти двое, моя докука, — хлопнул по столу жрец, отметая все возражения. — Главное ты помалкивай. Гаврила!

— Кликали, всеблагой отец? — За моей спиной, в низком поклоне, согнулся дородный дядька в потёртом кафтане и кожаных сапогах. Каким образом он сумел незаметно просочиться в комнату, я даже не понял.

— Займись этим изгоем. Пусть помоется, наконец, да что-нибудь из одежды ему найди, а то у нас нищие лучше выглядят. Смотреть противно. И покорми его чем ни то. — Отец Никонт тяжело вздохнул. Чувствовалось, что проявлять заботу о каком-то недошлёпке для него было в тягость. — На инициацию господине князь с отцом-приором прибыть соизволят. Не хватало ещё, чтобы он в голодный обморок упал. А ты запомни. — Жрец, прищурившись, уставился на меня. — Я с тобой ещё ничего не решил и глаз с тебя не спущу. Если что не так будет, пожалеешь, что на свет родился. Пошли вон оба.

Облегчённо вздохнув, я направился вслед за служкой. Что же, пусть и не без потерь, но, вопреки всему, первой намеченной цели я достиг. Начинается новый этап моей жизни. Скоро я стану магом!

Брр! Холодно!

Зябко поёжившись, я всё же заставил себя залезть в каменный желоб с проточной водой и начал яростно втирать в кожу, вонючую пенную грязь, выданную служкой вместо мыла.

Блин! Так и околеть недолго! Вода просто ледяная! Неужто и зимой здесь мыться придётся?!

Вопрос был не праздный, так как к проблеме избавления будущих учеников от лишней грязи в школе подошли довольно аскетически. Просто отвели от протекающей через весь город реки небольшой рукав и, пропустив через здание, вернули опять в реку. Простенько, дёшево и очень холодно. Впрочем, выбирать мне не приходилось. И так уже бомжи вслед плеваться начинают. Закончив экзекуцию, быстро прошлёпал по холодному каменному полу к скамейке и, стуча зубами, оделся. Грубые домотканые рубаха и порты унылого тёмно-серого цвета, да кожаные башмаки на деревянной подошве. Вот и весь гардероб, что соблаговолила мне выделить местная администрация. Хорошо хоть покормили! Такой вкусной тыквенной каши я в жизни не ел! Или это мне так с голодухи показалось?

— Ну чего рожу кривишь? — Толик по своей привычке появился неожиданно, заставив непроизвольно вздрогнуть. — Получилось же всё! Завтра доступ к магической энергии получишь, меня освободишь, а я с тебя проклятие сниму. И всем хорошо будет!

— Мы же с тобой о другом уговаривались. — Я окинул грустным взглядом каменный пол коридора и уселся на лавочку. Гаврила после купания здесь его велел ждать. — Сначала снятие с меня проклятья, потом свобода. Иначе никак!

— Это сколько ещё ждать то, хозяин! — Мордочку лесного духа искривила гримаса невыносимой муки и отчаяния. — Сил терпеть, больше нет! Веками к кольцу этому привязан! Отпусти! А я уж отслужу потом. И тебе же спокойнее будет! Кто знает, в каком настроении был Инсор, когда привратника своей силой наделял? Может и не через два года на тебя его гнев обрушится, а раньше гораздо! Так и будешь жить, каждый день погибели лютой ожидая?! Отпусти! Я мигом за свитком обернусь! И заклятье с тебя сниму, и потом помогать буду!

В глазах айхи плескалась вселенская скорбь. Вот только разжалобить ему меня не удалось. Жалелка у меня закончилась! Скончалась в мучениях где-то по дороге в Вилич! Меня вон никто жалеть, почему то не спешит. В том числе и Толик. Когда ему нужно было, под проклятье меня не задумываясь подвёл! И если бы я об этой подлянке сам не догадался, завтра, получив свободу, коварный айхи просто бы исчез, так и оставив меня в неведении о неотвратимой страшной смерти.

— Сил нет терпеть, говоришь? — Хмыкнул я, облокотившись на стену. — Что же ты об этом не думал, когда счёты с привратником моими руками сводил? Или думал? И проклятье это — лишь награда, которой ты меня за свою свободу отблагодарить решил? В общем так. — Подвёл я вывод своим словам. — Свобода в обмен на снятие проклятья. И никак иначе. Терпел тысячу лет — потерпишь ещё годик! Ничего с тобой не случится!

— Злопамятный ты! Все вы люди такие! И добра совсем не помните! За это мы и не любили вас никогда! — Айхи обличительно ткнул в мою сторону лапой и при этом забавно пошевелил носиком. — Я тебя из замка вытащил! До города добраться помог! Кристаллы опять же подарил! А ты всё злишься! Ну да Йоки с тобой! — Толик безнадёжно махнул лапой. — Всё равно я тебе помогать буду! Тут такое дело, хозяин. — Коротышка, почесав живот, проникновенно уставился мне в глаза. — Ты, помнится, хотел, чтобы при инициации на твой зов земля откликнулась?

— Было бы неплохо. — Осторожно согласился я, боясь спугнуть удачу. Маги земли — товар штучный. Ими здесь дорожат. А, значит, есть хорошие шансы, устроится при дворе какого-нибудь короля. Если выживу, конечно!

— Ещё как, неплохо! — Энергично потряс головой Толик. — Да что там не плохо! Замечательно просто было бы! Я тут, пока ты в подвале ночевал, походил, что люди говорят — послушал. Так вот. Их по всей империи десятка не наберётся! И любой правитель, на что угодно пойти готов, чтобы одного из этих магов к себе на службу заманить. Так что, ты хочешь, чтобы я помог тебе стать адептом земли?