— Назад! — набатом пролетело над ревущей толпой. — Все назад!

Оглушительные выстрелы подняли новую волну паники и хаоса, и это почему-то вызвало у меня ассоциацию конца света.

Кто-то, тянувший ко мне руки, внезапно отлетел на несколько метров, отброшенный непонятной пугающей силой. Толпа неожиданно отхлынула oт меня, словно тяжёлая волна прибоя. Я увидела, как сквозь неё, пробивая ко мне путь локтями и кулаками, ломятся тиррианцы и судорожно глотнула ртом воздух, понимая, что спасение близко.

Они были похожи на стаю хищников, собирающихся рвать на части напавших на меня безумцев.

Кулак Зэда снёс с пути коренастого рыжего парня, перешагнув через тело которого здоровяк просто протянул ко мне руки. Я рухнула в них как подкошенная. Прижалась к крепкому телу мужчины, незримая сила и надёжность которого укутали меня в свою ауру. И когда где-то рядом прозвучал рокочущий голос арда, резко и зло отдающий приказы, меня стало колотить мелким ознобом, словно я продрогла до самых костей, и этот холод засел где-то внутри них, не давая мне согреться.

— Грэй, она теряет контроль! — глухо позвал Зэд.

— Держите строй! — рявкнул кому-то Хард.

Я еще не успела увидеть его самого, но уже почувствовала приближение мужа, глотнув как аперитив его неповторимый запах.

Горячее тепло сухой ладони коснулось моей щеки, и я утонула в штормовой зелени его глаз, тщетно пытаясь что-то прошептать нежелающими шевелиться губами.

— Сомкни веки, — приказал он. Такой жёсткий, собранный, сжатый как пружина.

Я не хотела подчиняться. Просто из страха, что когда открою глаза, больше Грэя не увижу.

— Я здесь, Белль. Всё хорошо. Я без тебя никуда не уйду! — прочитал все мои тревожные мысли по одному взгляду он. — Закрой глаза и найди внутри себя море.

— Море?

— Да, — кивнул Хард. — Необъятное, глубокое, исполненное древней первородной мощи.

— Я тебя не понимаю…

— Слушай себя! — Грэй крепко сжал в ладонях моё лицо. — Твоя сила очень похожа на море, на могучую стихию, что одним движением губит корабли и сметает целые города. В твоей власти раскачать волны своего гнева до небес или утихомирить раздувающие его ветра и установить полный штиль. Загляни внутрь своего сознания. Всё, что тебе нужно — здесь!

Указательный палец мужчины упёрся в центр моего лба, будто поставил метку — ту отправную точку, от которой я должна была двигаться куда-то в самые глубины своего разума.

Может, кто-то и видел в этом какой-то смысл, но точно не я. Мне слова Харда казались каким-то бредом и чушью, попыткой запутать меня и отвлечь от творящегося вокруг безумия. И я вдруг поняла, что всё, чего хочу сейчас — чтобы Грэй обнял меня. Потому что сейчас мой полный штиль был там — в его объятиях! Там покой, там тепло, там жизнь…

И я шагнула вперёд, закрыв глаза. Как делают те, кто прыгают в бездну, оставляя за спиной сомнения, что их крылья не успеют вырасти и раскрыться. Я, словно слепой котёнок, ткнулась лицом в грудь мужа, прижалась к ней щекой, и меня омыло его запахом, словно тёплым течением.

Хард пах морем — солью и йодом, влажным ветром, мокрым песком и южным солнцем.

— Ш-ш-ш, — с тихим шелестом накатила ласковая волна умиротворяющего спокойствия. Щекотно лизнула ноги. Откатила назад и снова плеснула, забрызгав тёплой моросью расслабляющих брызг грудь, шею, лицо. — Ш-ш-ш…

Мерный, успокаивающий шум убрал все лишние звуки, оставив в моей душе только этот — чистый, гармоничный, похожий на голос безоблачного счастья.

— Умница, — мягко касаясь губами моего лба, произнёс Грэй, вплетая свой рокочущий баритон в шёпот плещущегося внутри меня моря. руки его резко разжались, и меня тут же подхватили и подняли другие — большие, крепкие, надёжные, но… чужие.

Я распахнула глаза, потянувшись к ускользающему Харду, и Зэд прижал меня к себе сильнее, пробасив с лёгким извиняющимся оттенкoм:

— Не волнуйтесь, ассанти, он скоро вернётся.

Почему-то легче мне от этого не стало. Я вытянула шею, тревожно проследив за тем, как муж прошёл сквозь оцепление тиррианцев, взявшее нас с Зэдом в плотное кольцо.

От замершей в настороженном ожидании толпы Харда отделяла всего пара шагов. И хоть рабочих теперь со всех сторон окружила вооружённая охрана, мне всё равно было страшно за него.

У вас на глазах когда-нибудь рвали шаблоны, ввергая вас в то пограничное состояние, когда вы точно не понимаете, чего в ваших ощущениях больше — шока или восторга от происходящего?