Гвендолин

— Ты взяла всё, что нужно, дитя? — бабушка с тревогой взглянула на меня.

— Вроде всё.

Я осмотрела сумку, которую она для меня собрала. Это была обычная кожаная сумка с длинным ремнем через плечо, так чтобы я могла защищаться. Внутри лежали обычная пластиковая бутылка с водой фирмы «Зефирхиллс», моя любимая родниковая вода, а так же выцветший пластиковый контейнер-сэндвич желто-синего цвета с изображением Губки Боба, сохранившийся ещё с тех времен, когда Кейша училась в начальной школе.

Меня всегда удивляло, зачем бабушка хранила всё это, но сейчас я обрадовалась. Веселое лицо Губки Боба будет напоминать мне о доме в путешествии по семи кругам Ада.

— Бутылка заговоренная, так что она никогда не опустеет, — повторила бабушка. — Неважно, как часто ты будешь пить, стоит лишь приложить её губам, так что этот сосуд для тебя неиссякаемый источник чистой пресной воды.

— Спасибо, бабушка, — сказала я, улыбаясь.

— И в этом контейнере для сэндвичей всегда будет еда. Я успела заговорить его только на один вид сэндвича. С густым арахисовым маслом и мои домашним вареньем из клубники. Надеюсь, всё будет в порядке, — с тревогой произнесла она.

Я не ела бутерброд с арахисовым маслом и джемом уже много лет — от этих продуктов, взрослея, отказываешься, особенно осознав, насколько невероятно калорийным может быть арахисовое масло. Но я понимала, бабушка просто позаботилась обо мне — именно такие сэндвичи она делала мне на завтрак в детстве, когда отправляла в школу. Я, вероятно, прибавлю несколько килограмм во время этого проклятого путешествия в царство проклятых, но сейчас это прозвучало идеально.

— Это мой любимый, — тихо ответила я бабушке. — Спасибо огромное.

— Ох, дитя… — Она покачала головой, в её глазах светилась печаль. — Не могу поверить, что позволяю тебе это безумство. Не могу поверить, что отпускаю тебя.

— Закрыли тему, бабушка, — ответила я тихо. — Я должна пойти. Эта тварь безжалостная, ты и я сможем защититься — хотя я в этом сомневалась — но Кейша нет…

— Ты права. Ты права… — Она покачала головой. — Если бы только она прислушалась к моим предупреждениям. После всего, через что она прошла, сомневаюсь, что у нее осталась даже сотая часть силы, данной ей при рождении.

— Это вина Рея, — гневно ответила я, от бессилия во мне вскипела былая ярость.

— Не совсем. Она совершила ошибку задолго до того, как повстречала его, — сказала бабушка. Она нахмурилась. — Точно так же как ошиблась ты, когда попыталась сотворить заклинание, чтобы отомстить ему.

— Это не просто заклинание мести, — возразила я. — Если оно сработает…

— Не сработает, потому что ты не будешь это делать. — Бабушка посмотрела на меня. — Ты уже достаточно рисковала своей душой. И когда ты вернешься из ада, я хочу, чтобы ты оставила всё это. Кейша сама сделала свой выбор, она такая же упрямая, какой была ваша мать.

— Но если…

— Ты не можешь спасти того, кто этого не желает, дитя, — тихо произнесла бабушка и вздохнула. — Кроме того, у нее больше нет собственной силы, ты же знаешь, она всегда так гордилась своими способностями… раньше. Такой потенциал… и растрачен впустую… — Она выглядела такой печальной.

Я вспомнила о судьбе моей младшей сестры и задрожала. Каждый раз, когда ведьма занимается сексом, не образуя при этом душевной связи, её сила уменьшается вдвое. И после той жизни, которую вела Кейша, порхая, как бабочка, от мужчины к мужчине… её сила ослабевала после каждого бессмысленного траха… бабушка права. Она не смогла бы помочь ей, даже если бы могла.

Меня ожидает такая же судьба? Смогу ли я потерять себя и свою силу из-за Лаиша, так как он, казалось, был уверен, что я соглашусь переспать с ним?

Нет, твердо пообещала я себе. Он сказал, что не будет заставлять меня заниматься с ним сексом. Он не сомневался, рано или поздно я сама приду к нему. Захочу настолько сильно, что с радостью ради него потеряю половину своей силы и лишусь самоуважения.

Ну, он ошибается. Не важно, что ещё произойдет, что ещё я позволю ему сделать, но мою девственность он не получит, поклялась я себе. Не важно, что от каждого прикосновения этого горячего мужчины у меня в животе трепетали бабочки. Я не сдамся. Просто не смогу.

— Если бы только твоя сестра дождалась подходящего мужчину, — пробормотала бабушка, прерывая мою молчаливую тираду. — Встретив вашего дедушку, я сразу поняла, что он тот самый. Тот, кого я ждала. И в нашу брачную ночь, когда я наконец отдалась ему…

— Бабушка, — встревоженно позвала я.

— Нет, выслушай меня, Гвендолин. В ту ночь, отдавшись ему душой и телом, я почувствовала, как между нами сформировалась духовная связь, — сказала она. — Словно… нас связало вместе золотым шнуром. Это было так красиво, так правильно. Я просто знала, что мы всегда будем вместе. — Она вздохнула. — И мы были бы вместе, если бы его сердце выдержало.