— Уверяю, я могу это устроить, Гвендолин. — Судя по его стальному голосу, отказа он не потерпит. Не то чтобы это не помешало мне попытаться.

— Я не надену это, — ответила я, пытаясь всучить это безобразие обратно ему в руки. — Ни за что в Аду — буквально.

— Тогда ты ни за что в Аду не пройдешь через Большой Барьер. — Он кивнул на большую полыхающую каменную стену, окружавшую царство проклятых. Она простиралась на сотни футов в небо, но всё же её затмевали ворота. Огромные сверкающие красным золотом, кованные железные крылья, словно монолит, возвышались над Теневыми Землями.

Я уперла руки в бедра.

— И что, ты не возьмешь меня с собой, потому я не соответствую твоему личному дресс-коду?

— Нет, я отказываюсь брать тебя с собой, потому что ты одета, как второсортная туристка, и есть риск, что кто-то узнает, кто ты на самом деле.

— В моей одежде нет ничего плохого, — ответила я, защищаясь.

— Нет, если ты собралась на прогулку по Ватикану или решила посетить Великие Пирамиды Гизы, или какую-нибудь другую достопримечательность на Земле, — огрызнулся он. — Здесь ты в этой одежде словно мишень с надписью «Легкая добыча».

Я засомневалась, но постаралась не показывать этого.

— Что? Никто в аду не носит джинсы? — спросила я.

Лаиш язвительно осмотрел мои удобные джинсы.

— Не носят. Эти нелепые брюки выдают тебя — живой человек на землях мертвых и проклятых.

— Здесь действительно так опасно? — спросила я.

— Одним словом — да. — Лаиш коротко кивнул. — Даже в одежде, что я дал, ты подвергаешься огромному риску, Гвендолин. Сам я не заинтересован в твоей душе, но найдутся те, кто думает иначе. Демоны, с которых боссы спустят шкуру, если план по сбору душ не будет выполнен. Спекулянты душами, они зарабатывают тем, что продают неосторожных беспринципным. Помни: ад — это царство греха и коррупции. Здесь никому нельзя верить.

— А что насчет тебя? — спросила я слегка дрогнувшим голосом, вспомнив свои прежние опасения, что он возьмет то, что хочет, и бросит меня. — Могу ли я доверять тебе? Можно ли верить тебе, Лаиш?

— Разве ты не слышала обещания, которое я дал твоей бабушке?

— Знаю, ты обещал бабушке… — Я покачала головой. — Ты сказал это только, чтобы её успокоить? На самом деле ты беспокоишься обо мне не больше, чем я о тебе. Мы просто заключили сделку. Верно?

— Просто сделка… — размышлял Лаиш тихим голосом. — Значит, вот как ты это воспринимаешь?

— Ну это всё же лучше, чем думать, будто я продалась тебе, чтобы спуститься в Ад и закрыть эту чертову дверь, — огрызнулась я, раздраженная до предела.

— Допустим. — Лаиш вздохнул и пристально посмотрел на меня. Затем шагнул вперед и, прижав ладонь к моей щеке, заглянул мне в глаза. От его нежного прикосновения по моей коже прокатились мурашки, я хотела отстраниться, но почему-то не стала. — Да, Гвендолин, — пробормотал он. — Ты можешь доверять мне. И если тебе нужны гарантии, то клянусь — но не своей душой, её у меня нет — а твоей. Я не оставлю и не откажусь от тебя. Клянусь защищать тебя ценой своей жизни, но для этого мне нужно твое доверие.

— Я… Я постараюсь, — ответила я тихо. Черт, почему из-за него я становилась настолько неуверенной в себе? Почему его рука на моей коже заставляет меня трепетать, а сердце сильно биться? Смешно, но я ничего не могла поделать с тем, как мое тело реагировало на него, как не могла перестать дышать.

— Отлично, — пробормотал Лаиш. И коснулся моих губ нежным целомудренным поцелуем. Он оказался невероятно легким, едва уловимым, но его теплые губы на мои губах напомнили мне о другом, гораздо более страстном поцелуе, который мы разделили ранее, когда я «заплатила» ему за «дыхание демона», столь необходимого для моего заклинания. Часть меня хотела поцеловать его в ответ, а другая часть до смерти боялась этого. Я нерешительно застыла каменным изваянием, пока он не отстранился. — Верь мне, — пробормотал он. — И надень это платье.

— Хорошо, — прошептала я в ответ. — Хотя бы отвернись, предоставь мне немного уединения.

— Подобное уединение очень скоро останется в прошлом, но сейчас, в последний раз, я уступлю тебе. — Он развернулся ко мне широкой спиной. — Давай переодевайся. И поторопись, у Большого Барьера скоро поменяется стража. Я хотел бы воспользоваться этим и проскользнуть незамеченным.

— Не могу поверить, что делаю это, — пробормотала я себе под нос. Но всё равно сбросила джинсы, футболку и бюстгальтер (я просто терпеть не могла ходить без нижнего белья) и переоделась в полупрозрачное красное платье.

Закончив, подумала, что когда мы доберемся до Ада, Лаишу понадобится ровно десять минут, чтобы раздеть меня. Это раздражало, как и воспоминания о его поцелуе, от которого я практически растаяла. Да что со мной происходило? Я ведь сильная независимая ведьма. И должна быть невосприимчивой к его играм разума.

Но, по всей видимости, не была, так как стояла здесь, на пороге Ада, одетая лишь в черные кружевные трусики-бикини и полупрозрачное красное платье, похожее на сорочку, под которым явно угадывались мои затвердевшие соски и которое имело глубокое декольте. Это платье идеально, словно перчатка, обтягивало мои бедра и попку — не то чтобы я удивилась, Лаиш явно угадал с размером. По крайней мере, выбранная мной обувь, маленькие черные балетки, смотрелись не так уж плохо.