— Пятьдесят раз? — Я изумленно приподнял бровь. — Ты, должно быть, очень сильно хотела сюда попасть.

— Я должна была, — ответила она, опустив взгляд. — Некоторые нужные мне ингредиенты можно достать только здесь.

— Ты пыталась собрать ингредиенты для заклинания мести? — спросил я.

Хотелось бы мне побольше узнать о столь специфическом заклинании, в частности, кому Гвендолин настолько сильно жаждет отомстить, что ради этого рискует своей бессмертной душой. Кто вызвал столь огромную ярость маленькой ведьмы… или, возможно, лучше спросить, что сделал бы с ним я? Я с трудом проглотил нарастающий в горле рык. Почему она так влияет на меня? Ответа на этот вопрос я не знал.

— Ну? — потребовал я, когда она не ответила.

— Это не твое дело, — огрызнулась она.

— О нет, это как раз мое дело. — Я подошел к ней, раздавив растущие в изобилии на сухой земле и хрустящие под ногами, источающие тошнотворно сладкий гнилостный аромат цветы «дыхания демона». — Гвендолин, давай проясним всё здесь и сейчас, — прорычал я.

— Что? — Она не смотрела на меня, поэтому я осторожно, но настойчиво, приподнял пальцем её подбородок. — Что? — повторила она, наконец взглянув на меня наполовину с вызовом, наполовину со страхом.

— Нам с тобой предстоит путешествие по весьма опасной и сложной территории, — ответил я, удерживая её взгляд своим. — Ты откажешься от своего обычного неповиновения и будешь относиться ко мне с почтением — точно так же и я буду относиться к тебе.

— С той самой любезностью, с которой ты сказал… что мне придется «подчиняться» тебе, пока мы здесь? — возмутилась она.

Я вздохнул:

— Так вот в чем проблема. Конечно, мне следовало догадаться.

— Да, черт возьми, следовало. — Она скрестила руки на груди, и я не мог не заметить, как покраснели её щеки. — Если тебе хоть что-то известно о ведьмах, то ты понимаешь, я не могу «подчиниться» тебе. По крайней мере, не полностью. Если я сделаю это…

— Твоя сила уменьшится вдвое. Да, я знаю. Но прошу тебя отдаться мне не ради собственного удовольствия, mon ange. Это необходимая жертва. Если ты хочешь путешествовать по Адскому царству.

Она покачала головой:

— И как секс с тобой поможет мне в путешествии через Ад? Я не понимаю.

— Сейчас нет, — ответил я, касаясь ладонью её горячей щеки. — Но ты поймешь.

Гвен, задыхаясь, покраснела сильнее. И отстранилась от меня.

— Не делай этого. Не трогай меня.

— Ты должна привыкнуть к моим прикосновениям, — мрачно ответил я ей. — Прежде чем наше путешествие закончится, ты почувствуешь мои руки на каждом дюйме своего тела. — Понимал, что ведьма воспротивится, и, конечно же, она открыла чувственные губки, чтобы возразить. Я поднял палец, останавливая её. — Опять же, это необходимая жертва, — продолжил я. — Как и то, что путешествовать ты будешь как моя наложница.

— Твоя что? — Она покачала головой. — Ох, нет — я так не думаю. О чем ты, черт возьми, вообще говоришь?

Мое терпение быстро таяло.

— О том, что я провожу тебя, живое материальное существо с чистой и не проклятой душой, в ад, — прошипел я. — И единственный способ сделать это, не вызывая подозрений и без последствий для меня, представить тебя как мою наложницу.

— Послушай, Лаиш, мне плевать на нашу сделку — я не стану твоей сексуальной рабыней на всё время нашего пребывания в Аду.

Её глаза расширились от ярости, что впрочем меня не удивило. Знал, ей не понравится эта маленькая деталь, вот почему целенаправленно умалчивал об этом.

— Ты будешь моей наложницей только на словах. Но ты согласишься на эту уловку, иначе мы никуда не пойдем.

— Я… ты… это шантаж! — выпалила она, явно разозлившись.

— Называй как хочешь, — ответил я равнодушно. — Но с того момента, как мы минуем Большой Барьер, и пока не достигнем последнего круга Ада — Бездны — ты будешь принадлежать мне и подчиняться моим приказам. И носить вот это.

Я материализовал из воздуха наряд, который выбрал для нее. И не собирался больше с ней спорить. Я наслаждался её остроумием и упрямым характером, но в этом не потерплю возражений.

— Одевайся, — сказал я, с силой впихивая ей в руки одежду. — И не будем больше об этом спорить.

* * * * *

Гвендолин

Я потрясенно и с непониманием уставилась на красную вещицу, которую он сунул мне в руки. Оно оказалось из невероятно прозрачной, словно паутинка, ткани на тонких бретельках, и под него невозможно надеть бюстгальтер. Сквозь него будет всё чертовски видно.

— Да ты шутишь, — я возмущенно зыркнула на мрачно наблюдавшего за мной Лаиша. — Ты же не ожидаешь, что я надену эту штуку. С таким же успехом могу путешествовать по Аду голой.