— Он просто обнюхивает тебя, mon ange, — сказал я ей. — Мне кажется, ты ему нравишься.

— Ну, а мне он — нет. — Гвендолин съежилась и отступила от меня.

Лошадь снова толкнула носом её в затылок, нежно фыркнув.

— Прекрати! — вскрикнула она, поворачиваясь.

— Говорю же, ты ему нравишься, — сказал ей я, — вот, дай ему это.

Я материализовал достаточно большое яблоко для коня трехметрового демона.

Гвендолин неохотно взяла яблоко:

— Серьезно? Ты хочешь, чтобы я его покормила?

— Ещё как. — Я кивнул в сторону лошади. — Давай, угости его.

Я с интересом наблюдал, как лошадь взяла яблоко и прожевала его с громким хрустом. Я не упомянул Гвендолин, что рацион местных животных состоял из живого мяса, но, похоже, этот конь ещё помнил любовь к фруктам из смертной жизни.

Гвендолин попросила ещё одно яблоко, и я его любезно призвал. Пока лошадь ела с руки, она осторожно приподнялась и погладила его блестящую черную шею. Ей пришлось встать на цыпочки из-за размера животного, но она уже не боялась.

— Хороший мальчик, — проворковала она, — ты же хороший мальчик?

Он фыркнул и снова боднул её огромной головой; большой конь Еркса был явно очарован моей ведьмой.

Признаться, я был удивлен не только контролем Гвендолин над страхом, но и падением коня под её чары. Уже второе существо из моего мира было неравнодушно к ней. Хоть Церберу и нельзя было доверять, он всё равно удивил меня своим вниманием к ведьме. Быть может, она как-то влияла на адские существа? Или они, подобно мне, не смогли устоять перед её добротой?

Гвендолин скормила ещё пару яблок коню, и я решил, что пришло время отослать его домой.

— Достаточно, — сказал я, немного отведя её в сторону, — я должен вернуть его на Великий Барьер, там его место.

— Чтобы он возил того огромного противного демона целыми днями? — возразила она. — Не в обиду твоему «другу», но он, должно быть, весит как минимум тонну! Это может повредить спину бедного коня!

— Я думал, он тебе не нравится, — напомнил я сухо, следя за конем, который пытался встать как можно ближе к Гвендолин.

— Может, я передумала, — сказала она, защищаясь. — Не такой уж он и страшный. Тем более на нем будет намного проще передвигаться по аду, чем пешком.

— Его очень легко заметить, — возразил я. — Он привлечет лишнее внимание, и порождение ада легче выследит нас.

— Но он уже взял мой след, — возразила она, — и если найдет нас, уверена, мы сможем сбежать от него на коне. У нас будет больше шансов, если мы оставим коня.

Она действительно хотела оставить коня. Как ни странно, я снова был очарован её смелостью. Она подружилась и делилась любовью даже с самыми страшными существами. Глубоко внутри это вселило мне надежду, что, возможно, она найдет в своем сердце любовь к такому монстру как я. Я не мог ей отказать и всё же принял задумчивый вид.

— Ну… — протянул я, скрестив руки на груди.

— Пожалуйста, Лаиш. — Она взяла меня за руку, и мне это чертовски понравилось; мне хотелось, чтобы она чаще прикасалась ко мне.

— Ладно, — в конце концов сказал я, покрепче взяв её ладонь. — Если он так много значит для тебя.

— Да! — Она сжала в ответ мою руку. — Не знаю почему, но это так. Спасибо, Лаиш.

— Всегда пожалуйста, — просто ответил я. — А теперь нам пора на борт, если ты сможешь оторваться от своего нового питомца.

Гвендолин убрала руку и быстро развернулась, осматривая мутные воды реки Стикс.

Вскоре из тумана появилась длинная плоская барка, она медленно приближалась к нам. Капитаном был высокий силуэт, окутанный рваными черными лохмотьями. Я достаточно часто пересекал Стикс, чтобы знать, как выглядит его скрытое капюшоном лицо.

— Харон…Так значит, он настоящий, — вздохнула Гвендолин, когда барка пришвартовалась и хрустнула галькой.

— Так и есть, — тихо сказал я. — Гвендолин, ты готова? Не многие смертные когда-либо пересекали Стикс.

— Я готова, — заверила она меня. — Предоставь это мне.

Она покопалась в сумке, пока не нашла то, что искала. Шагнув вперед, она попыталась передать что-то скелету-паромщику.

Харон только покачал головой.

— Что? — Гвендолин нахмурилась. — Что не так? Почему он не принимает её? — Она протянула ладонь, и я увидел старинную серебряную монету.

— Ты жива, — объяснил я. — Только души мертвых должны оплатить проезд через Стикс. Живым проезд бесплатный, если он в сопровождении местного обитателя.