Садовник поднялся и, прихрамывая на правую ногу (несколько лет назад на него упало дерево, когда он пытался его спилить, и сломало ему ногу), подошёл к лежавшему на полу королевскому казначею.

— Бери его за одну руку, — выпалил Феофан. — Я за другую. Вместе мы этого борова поднимем и зафиксируем в сидячем положении.

— Не трогайте меня! — закричал Арчибальд и попытался отмахнуться руками от державших его стариков. Но те, резко вздёрнув его, поставили на ноги.

Из-за сильной встряски выпитое без меры вино, подступило к горлу казначея и того вырвало. Несколько минут Арчибальда выворачивало наизнанку, пока желудок полностью не освободился от гадости, что в нём находилось.

— Всё? — поинтересовался Феофан, не отпуская его руки.

Казначей, что-то нечленораздельно пробормотал, махая головой и выпрямился.

— Отпустите меня и дайте сесть, а то ноги не держат, — уже понятным языком произнёс Арчибальд.

— Ты опять не шлёпнешься? — поинтересовался Феофан. — Нам трудно поднимать твою тушу.

— Нет, — пробурчал казначею, ставя по шире ноги, чтобы удержать равновесие.

— Северус, принеси таз с водой, пускай умоется.

Садовник, отпуская руку казначея, поковылял за водой. Феофан, подвёл шатающего Арчибальда к креслу и усадил его.

— Полегчало или нет? — посмотрел он на сморщенное лицо казначея.

— Немного, — пробурчал толстяк, держась руками за голову.

— Сейчас умоешься и выпьешь отвару, тогда станет лучше.

— Не надо никакого отвару, дайте лучше вина и всё.

— Нет, надо Арчибальд, он поможет тебе восстановить силы и прийти в себя. Северус готовит его на травах, он у него ещё и ни таких поднимал и ставил на ноги.

Умывшись и немного приведя себя в порядок, казначей вновь уселся в кресло и трясущимися руками схватил принесённую садовником кружку с дурно пахнущей жидкостью.

— Что, это за дерьмо, ты мне приволок? — отворачиваясь от кружки, произнёс казначей.

— Пей, не морщись, тебе же лучше будет! — рявкнул на него Феофан и, улыбнувшись, посмотрел на садовника.

Зажав одной рукой нос, чтоб ни так сильно шибало в нос, казначей приложился к кружке и глоток за глотком стал глотать вонючее пойло.

Отпив примерно половину кружки, он хотел поставить её, но Феофан не дал ему этого сделать.

— Пей всё! — рявкнул старик. — Тогда не будет нужного эффекта, в твоём воскрешении.

Дождавшись, когда королевский казначей, превозмогая спазмы в животе и попытки выплюнуть противно пахнущее лекарство, допьёт его до конца, садовник забрал у него пустую кружку и вынес в другую комнату, при этом держа её на вытянутой руке.

Проводив взглядом садовника, Феофан произнёс:

— Посиди тихонько пару минут, сейчас всё, как рукой снимет, и ты придёшь в норму.

— Я и так нормальный, — пробурчал Арчибальд, прикрывая рот рукой, чтобы отвар не вышел наружу.

После пяти минут, Арчибальд и правда почувствовал облегчение в своём организме. Желудок перестал урчать, а голова больше не болела.

— Что, это было за лекарство? — посмотрев на вернувшегося садовника, спросил казначей.

— Тебе этого лучше не знать, — ответил тот и, посмотрев на Феофана, улыбнулся.

— Никаких последствий после этого напитка не будет? — вновь поинтересовался толстяк, переводя взгляд с одного старика на другого. Но те промолчали, отвернувшись.

— Что молчите? — крикнул на них казначей. — Я задал вам вопрос.

— Не бойся, ничего с тобой не случиться! — бросил Северус.

— Тогда прощаю! — промолвил Арчибальд и вновь зажал рукой рот.

Через пару минут Феофан, посмотрев на сидевшего казначея и спросил:

— Ну и где ты так нажрался?

— Я, то есть не я, нашёл Оливиуса. — не отвечая на вопрос мага, произнёс толстяк.

— Что? — удивлённо посмотрел на него Феофан, не ожидая такого ответа.

— Я нашёл мага Оливиуса. — повторил казначей.

— Где он? — прищурившись, спросил старик с крысиной мордочкой.

— Его больше нет с нами.

— А конкретней?

— Маг Оливиус мёртв. Его нашёл мой человек в одном незаметном домике на окраине города, — вымолвил Арчибальд и вновь замолчал.

— Ты, что замолчал? — посмотрел на него Феофан. — Что там дальше?

— Ничего. Взяв у моего человека адрес, я пошёл к магу, пытаясь с ним поговорить и расспросить, почему он скрывается. Когда я вошёл в дом, то чуть не околел от увиденного там кошмара.

— Что за кошмар? — проронил Феофан, не спуская глаз с толстяка.

Переведя свой затуманенный взгляд с одного старика на другого, которые внимательно смотрели на него, Арчибальд, вздохнув, продолжил:

— Зайдя в тот дом, я сразу почувствовал, что там что-то не ладное. Вещи были разбросаны, словно там, что-то искали или сделали вид, чтобы так подумали, когда найдут мага. Вся мебель была разбита вдребезги и навалена в углу, а за ней я увидел…