Брат подчинился. Девушка приложила лезвие к жгуту на его запястьях, но, увидев, как дрожат её руки, остановилась. Вика боялась, что, сделав неловкое движение, разрежет не только жгут, но и вены на запястьях Руслана. И тогда…

– Может, лучше сначала ты? – предложила она.

– Не бойся, – сказал Руслан, – Ты меня не порежешь. Тебе ведь и не надо прорезать их насквозь. Они сами распадутся, если ты их слегка надрежешь. Давай.

Вика подумала секунду. Перевела дыхание. Затем прижала нож к петлям на руках брата и двинула на себя. Трубка тут же вскрылась, как набухший гнойник. На руки и колени Руслана потекла густая тёмная жидкость.

И снова раздался крик. Он звучал далеко и в то же время близко, он резал слух, подобно ножу, проведённому по стеклу, и он был противен. «Кто же это может кричать? – подумала Вика, – Где этот человек?» А впрочем, человек ли? Девушка в этом сомневалась. Но у неё опять не нашлось времени подумать над этим.

Её брат поспешил сбросить с себя жгут, который теперь утратил прочность и упругость и больше напоминал кусок тесьмы. После этого он забрал у неё нож и сказал:

– Держи руки прямо. Не дёргайся.

В отличие от сестры, Руслан не стал мешкать и сомневаться. Он в ту же секунду резанул путы Вики и, когда они ослабли, снял и отбросил в сторону.

Крик, почти сошедший уже на нет, вновь усилился.

– Чёрт, что происходит? – подала голос Анастасия, – Кто может так вопить?

Вику больше беспокоил другой вопрос – почему крик повторился, когда они стали разрезать жгуты? И ей казалось, что у неё есть ответ. Он вертелся в голове, но никак не хотел оформиться в чёткую мысль.

– Давай вылезай, – сказал Руслан, – Нужно выбираться из этой чёртовой коробки. Я освобожу остальных.

Вика кивнула и стала вылезать из фургона в то время, как её брат повернулся к Ире и велел той повернуться к нему спиной. Вика не видела, как он разрезает жгут Иры, зато услышала, как вновь усиливается крик неведомого происхождения. Она как раз спрыгнула на траву. Крик испугал её, и она зажала уши руками, потеряла равновесие и упала прямо на похитителя, поверженного Даниилом – того, что был без сознания. Вика поспешила встать, благо, стоящий рядом Даниил протянул ей руку.

Второй похититель ещё оставался в сознании – он как раз перестал кататься по земле и теперь лишь зажимал ладонью окровавленный нос.

– Кто это? – обратилась к нему Вика, – Кто кричит?

И, едва она договорила, визг снова стал громче и будто бы ближе, чем до этого.

– О-о! – воскликнул неизвестный и убрал руку от лица. Вика взглянула на него и вздрогнула. Не оттого, что лицо его было страшно, нет. Оттого что на нём появилась уродливая, беззубая улыбка, – Хорошо, что ты спросила. Скоро сама узнаешь. Поверь, будет весело!

– И ты ещё смеешь угрожать? – сказал Даниил, – Я могу прямо сейчас превратить твои мозги в желе.

Тут из кузова вывалилась Ира и тоже чуть не рухнула на первого из похитителей, но Вика помогла ей удержаться. Вместе с этим повторился и крик. Даниил не обратил внимания ни на то ни на другое. Как и незнакомец.

– Да можешь, – отвечал он тем временем, – Но не сделаешь этого.

В опровержение его слов Даниил щёлкнул затвором автомата, но на похитителя сие действие не произвело впечатления. Из кузова поочерёдно выпрыгнули Настя и Катя.

– Не сделаешь, – повторил незнакомец, – Потому что надеешься узнать, почему вы здесь. Но от меня ты ничего не узнаешь. Потому что мы оба… нет не оба, мы все, и вы, и я, сейчас умрём.

– Что он такое говорит? – сказала Настя, – Что происходит.

Крик ещё раз повторился. Теперь он был почти невыносимым. Девушки зажали уши. Даниилу явно тоже хотелось это сделать – его лицо скривилось – но он не посмел снять незнакомца с прицела. Самому похитителю было как будто всё равно.

Наконец, из фургона вылезли Кирилл и Руслан.

– И кто же нас убьёт? – спросил Даниил у незнакомца.

– Не кто, а что, – сказал похититель и засмеялся. Впрочем, его смех тут же сменился кровавым кашлем.

Пока всё это происходило, Вика думала. Последний раз, когда раздался неведомый крик, был седьмым. Как раз столько было и ребят в кузове. К тому же первые три крика раздались точно тогда, когда Даниил, Вика и Руслан освобождались от пут. Может, и остальные тоже?

Когда она всё это сложила воедино, у неё родилась версия. Но она была столь неправдоподобной, что Вике постыдилась бы её озвучивать.

Получалось, что тот, кто кричал, чувствовал, как они разрезают жгуты. Эту догадку подтверждали и слова, которые они первыми услышали от похитителей. «Его ранили» – сказал один из них. Значит, разрезав свои путы, Даниил кого-то ранил? А затем то же самое сделали Руслан и Вика. И ещё четыре раза Руслан разрезал жгуты, и, вероятно, именно в эти секунды крик возвращался. Но как они могли кого-то ранить? Ответ мог быть лишь один – жгуты, связавшие их руки, были живые. Но кричали не они. Что же получается – какое-то живое существо чувствовало это. Чувствовало, как собственную боль. И это существо сейчас находилось рядом. Но где?