Над вечным
вернуться

Макаров Валерий
Шрифт:

«Плач стихнул, откричался…»

Плач стихнул, откричался,Как ворон на трубе.А чёрный плащ осталсяНа память о тебе.Тем явственней кручинаВ отсутствии твоём, —Всё время различимаТвоя фигура в нём.Его старались спрятатьИ даже потерять.Но всё равно обратноОн приходил опять.Он шёл твоей походкойИ в складках поперёкС напористостью кроткойЧитался твой упрёк.Но так же, как в начале,Я видеть не готовОбвисших от печалиНе нужных рукавов.2014

«Вот кульбит, от которого…»

Вот кульбит, от которогоСводит конечности.Расставались – до скорого.Расстались – до вечности.Чувство, близкое к панике,Не даёт и опомниться.Что останется в памятиКроме этой бессонницы?Всё равно несказанныИ бессмертны, наверное, —Золотые фазаны,Фазаны серебряные.Ты и сам был сначалаОленёнком волшебным.Повзрослел и умчалсяБез оглядки, бесследно.Разве были предчувствияИли знаменья?Всё равно отыщу тебя, —Человека, оленя…2014

«Как бы ни украсить скромно…»

Как бы ни украсить скромно,Где б ни притулить её,Ёлка – целый мир огромный,Вольно нам вокруг неё.Здесь вчера казалось тесно,Угол – сразу от окна.А сегодня: сколько местаПодарила нам она!Мы под ней затеем прятки.Да смотрите, не дремать:Вдруг от волка без оглядкиНам придётся убегать!Дед Мороз без разговоров,Вслед за стрелкой на часах,Ёлку обошёл дозоромИ сказал о чудесах.Он в узорных рукавицахВьёт метельный серпантинИ зовёт нас прокатитьсяАж до самых до вершин.Здесь от пола до верхушки,Коль удержишься в санях,То увидишь все игрушкиПод ветвями, на ветвях.И прокатишься с размахом,И разведаешь к тому ж, —Как звенят в еловых лапахОтголоски наших душ.То не ватные пушинки!То упали, засверкав,Настоящие снежинкиНа Снегурочкин рукав.2015

«Обойтись бы…»

Обойтись быМерцаньемСвечи и лампадки,Но, наверно, нельзя,ПосколькуОбычай таков:Все уляжемся мыВ аккуратные грядки,Чтоб нас дождьПоливалИ нежилСнежный покров.Но пройдут времена,А, возможно,Едино мгновенье,Ветер сдуетДолойОгородные нашиХолмы,И повыдует напрочьПоследние крохиСомненья,Что терзало когда-тоНаши сердцаИ умы.Ни того,Ни другогоНе будет ужеИ в помине.Да и незачем,ЕслиДаже могила пуста.Но покаСуть да дело,Пусть ИудаВисит на осинеИ горячие губыЛепечутО Воскресенье Христа.Ну, конечно,Другой,Не имевший обидыНа зренье,Что-то там разглядит,Не подвластноеДаже уму.Если естьНастоящееВ миреСмиренье,Это – знать,Что умрёшьИ тогда лишь поймёшь,Что к чему.2015

«Вот лепестки цветка…»

Вот лепестки цветка,Разбросанные ветром.Не жизнь так коротка,А смерть быстра с ответом.Весна вернёт цветы:Господь всё побеждает.Но жаль мне красоты,Что лишь мгновенье знает.И всё ж зацепка естьВ житейской круговерти:О Воскресенье весть,А, значит, о бессмертье.2015

Портрет Нарышкиной

(1799)

Портрет Нарышкиной в тениЕё умолкнувшего пеньяНапоминает мне те дни,Когда вся жизнь – одно мгновенье.А юность тем и хороша,Что и раскрыл Боровиковский.Её вспорхнувшая душаЕщё звучит в его наброске.Не cхвачена наверняка,Но и неявным очертаньемОна бессмертьем нам близкаИ сладострастным обаяньем.2015

Крым

Крым – это Рубенс моря.Не пишет, пышет он,Горячим солнцем вторяСиянью синих волн.Не краски по приметам,Здесь жизни торжество.Закаты и рассветыВ палитре у него.А холст – да он повсюду,Весь мир на рубеже.Есть где явиться чудуИ явлено уже.Тут не искусство – что-то,Что ближе к бытию.Он в кровь своих полотенПодмешивал свою.Но это, как в сосудеНалитое вино:Всегда собою будет,Пока собой хмельно.2015

«Эх, ватник-телогреечка…»

Эх, ватник-телогреечка,Судьба к тебе строга.Хоть не блестит копеечка,А всё-таки деньга.Почём она, болезная?Тут счёт совсем простой.Была она, железная,Дороже золотой.И ты, сермяга серая,С тебя такой же спрос.Славна ты не манерами,А стойкостью в мороз.В тебе наш век отметилПерелицовок дар,Сложив гусарский ментикИ душегрейку бар.И на работу годная,И в праздник, коль чиста.Ты, как душа народная,Не так уж и проста.А тем, кто всё коверкая,Грозит тебе огнём, —Напомню я про зеркалоИ про мартышку в нём.2015