Шрифт:
Кажется, в 1892 или 1893 г. Морское министерство организовало конкурс на составление проекта броненосца по объявленным заданиям, причем были назначены две довольно крупные премии.
На конкурс было представлено много проектов, и по рассмотрении их Техническим комитетом были признаны: заслуживающим первой премии проект под девизом «Непобедимый» и второй премии — проект под девизом «Кремль».
Вскрывают конверт с девизом и читают: «Составитель проекта под девизом «Непобедимый» — инженер Франко-русского завода Петр Акиндинович Титов», затем читают: «Составитель проекта под девизом «Кремль» — инженер Франко-русского завода Петр Акиндинович Титов».
Произошла немая сцена, более картинная, нежели заключительная сцена в «Ревизоре», ибо многие члены комитета относились к Титову свысока и говорили про него: «Да он для вразумительности слово инженер пишет с двумя ятями». И вдруг такой пассаж: два его проекта, оригинальных, отлично разработанных, превосходно вычерченных и снабженных всеми требуемыми расчетами, получают обе высшие премии.
От получения премий Петр Акиндинович отказался, передав их, кажется, в пользу Морского инженерного училища.
Но не суждено было Петру Акиндиновичу построить ни «Непобедимого», ни «Кремля» — в ночь с 15 на 16 августа 1894 г. он внезапно скончался в возрасте 51 года, в полном расцвете сил и таланта.
Степан Карлович Джевецкий
Я упомянул в предыдущем очерке фамилию С. К. Джевецкого. Это был талантливейший инженер-изобретатель, с которым я был дружен с 1886 г. по день его смерти в апреле 1938 г., т. е. 52 года, знал же я его с ноября 1878 г., т. е. почти 60 лет.
В ноябре 1878 г., в возрасте 15 лет, будучи воспитанником Морского училища, прочел я в газете, что в IV (военно-морском) отделе Русского технического общества инженер Карышев будет делать доклад о подводном плавании и своем проекте подводной лодки. День был субботний, т. е. вечер у меня свободный, и я решил идти прослушать этот доклад, справедливо считая, что мундир Морского училища откроет мне доступ.
Входной платы, как с не члена Общества, с меня не взяли и предложили мне подождать начала заседания в библиотеке, где на громадном столе было разложено более сотни всевозможных иностранных технических журналов.
Вошел в зал библиотеки, вижу — сидит знаменитый полный адмирал, генерал-адъютант, георгиевский кавалер Григорий Иванович Бутаков.
— Ваше высокопревосходительство, разрешите остаться.
— Конечно, оставайтесь. Английский язык знаете?
— Так точно, ваше высокопревосходительство, знаю, учился ему еще до поступления в Морское училище.
— Вон, видите, лежит в зеленой обложке журнал «Engineering», садитесь и прочтите в нем статью о строящейся в Англии императорской яхте «Ливадия».
Я сел и последовал совету адмирала, а так как заседание началось минут через сорок, то я успел прочесть указанную статью целиком раньше начала заседания.
Адмирал, заметив, что я статью прочел, подзывает меня и спрашивает:
— Что вы об этом думаете?
— Я жил одно время в Севастополе, мои родители были знакомы с лейтенантом Кузиным, который плавал на поповке «Новгород»; [21] он при мне рассказывал моему отцу, что даже при сильной волне поповку не качает, а волна перекатывается по палубе. Думаю, что и яхту «Ливадия» качать не будет, что и требуется.
21
Лейтенант Кузин примерно через три года погиб на этой поповке от взрыва мины, нарочно произведенного минером; его сын был тогда принят в Морское училище без экзамена. — А. К.
— Ваша фамилия?
— Крылов, ваше высокопревосходительство.
— Вишь, какой молодец.
— Рад стараться, ваше высокопревосходительство.
Это ласковое обращение знаменитого адмирала мне целиком врезалось в память.
Адмирал Григорий Иванович Бутаков скончался летом 1882 г. Я иногда заходил на интересные доклады в Техническое общество и всякий раз заставал адмирала в библиотеке; он запомнил мою фамилию, здоровался:
— Здравствуйте, Крылов, прочтите в таком-то журнале такую-то статью — очень интересная.
Адмирал Г. И. Бутаков пользовался во флоте особенным уважением и огромной популярностью.
Адмирал Бутаков командовал броненосною эскадрою Балтийского моря около 15 лет, по справедливости считался учителем флота, и всякий, кому приходилось плавать в его эскадре, гордился этим…
Доклад Карышева был изложен блестяще, мне все было совершенно понятно и казалось удобоисполнимым. Но затем в 1905 г. я состоял в экспертной комиссии Комитета по усилению флота на добровольные пожертвования вместе с корабельным инженером И. Г. Бубновым и капитаном 2-го ранга М. Н. Беклемишевым, по проекту которых была построена подводная лодка «Дельфин», проходившая в то время приемные испытания.