— Который час?

Коул ответил, посмотрев на часы:

— Немного за полночь.

От удивления я распахнула глаза.

— Как же тебе позволили здесь остаться?

Он встретился со мной взглядом и поднял бровь.

— У значка ФБР есть определенные преимущества. Да и моя очаровательная улыбка делает свое дело. — Коул усмехнулся. — И ничто не заставит меня покинуть эту комнату.

Мое сердце станцевало победный танец.

Коул придвинулся ближе и наклонил голову, касаясь губами моего лба. От этого приятного жеста я прикрыла глаза.

— Я в ужасе.

Я сдвинула брови.

— Что?

— Я насмерть перепугался, когда Дерек позвонил мне и сказал, что ты в больнице, — пояснил Коул, отстраняясь так, чтобы я могла заглянуть ему в глаза. — Даже когда он сказал, что ты в порядке, когда объяснил, что произошло, я все еще был в ужасе. Все время по пути сюда.

— Коул…

— Я должен был лично убедиться, что ты в порядке. — Он снова погладил меня, на сей раз по нижней губе, заставляя мурашки пробежаться по моей спине. — Мне не нравится видеть тебя здесь.

— А мне не нравится быть здесь, — призналась я, допивая воду.

Коул не сводил с меня глаз, забирая стаканчик и ставя его на поднос рядом с кроватью.

— Наверное, хорошо, что я не видел тебя здесь в прошлый раз.

В прошлый раз я выглядела ужасно. Глаза были подбиты. Челюсть сломана. Синяки были даже там, где я никогда не ожидала их увидеть. И еще были повязки на животе и на груди.

Коул взял меня за руку, переплетая наши пальцы.

— Дерек рассказал мне, что произошло.

По мне пробежал холодок.

— Он выяснил что-нибудь?

Коул прикрыл глаза и ответил лишь спустя несколько секунд.

— Давай поговорим об этом завтра? Уже поздно. Тебе нужно отдохнуть…

— Он что-то нашел, так ведь? — мои пальцы сжались вокруг пальцев Коула. — Я хочу все знать.

Мышцы на его челюсти напряглись и на мгновение мне показалось, что он не ответит.

— Он дважды проверил гостиницу. И приехал еще раз, когда твоя мама вернулась, чтобы проверить, не пропало ли что-нибудь. Но она не заметила пропажи.

Я и не ожидала, что это ограбление.

— Когда Дерек приехал первый раз, — продолжил Коул, — то проверил старый проход через тоннель. Кирпичи обвалились.

Я резко втянула воздух.

— Правда?

Коул кивнул.

— Дело в том, что Дерек не знает, обвалились они сами по себе или нет. Твой отец делал эту кладку, верно?

— Да. Это было очень давно.

— Они могли обвалиться сами по себе или кто-то мог их разбить, к тому же неизвестно, сколько времени они уже в таком состоянии. Твоя мама сказала, что в мавзолей никто не заходил годами. — Коул повернул мою руку и провел большим пальцем по ладони.

У меня было чувство, что это еще не все.

— Но?

Густые ресницы вспорхнули вверх, и его глаза нашли мои.

— Но проход, который вел к двери в подвале, свободен.

— Боже правый. — Я отвернулась, мысли неслись галопом. — То есть эта дверь могла быть открыта какое-то время и… Кто-то мог пройти по тоннелю в гостиницу и обратно. Вопрос в том, зачем кому-то преодолевать все эти трудности? Ведь проще пройти через парадную дверь.

Палец Коула все еще двигался по моей ладони.

— Потому что они хотели остаться незамеченными. Тот, кто преодолевает такие трудности, не хочет лишний раз рисковать.

Я сжала губы.

— Про тоннель знает тот, кому известна история гостиницы. — Я сразу же подумала о мэре, который был первый недоволен моим возвращением, но ему-то зачем проникать в гостиницу?

Да кому вообще это нужно?

Мой взгляд вернулся к Коулу, и я поняла, что он внимательно меня изучает. По какой-то ужасной причине я вспомнила о том времени, что провела с Женихом, и я знала, что если бы не оттолкнула тогда Коула, то он сидел бы на этом самом месте десять лет назад. И что-то совсем странное пришло мне тогда в голову. Впервые мне захотелось поговорить о том, что произошло. Коул продолжал смотреть на меня, и слова вырвались сами собой.

— Я не думала, что выживу, думала, что умру в спальне без окон, — прошептала я, а в его глазах появилось понимание. — Я так много раз желала умереть и знаю, что это звучит как слабость, но я не могла… того, что он творил. И он не видел в этом ничего дурного. Он искал идеальную невесту. — Закрыв глаза, я подняла лицо к потолку. — Вот чего он хотел. Чтобы его невесты желали быть с ним, чтобы наслаждались его присутствием. Думаю, все это тебе и так уже известно. Я слышала, что какие-то детали были в газетах, но… Он был словно двумя разными людьми. Иногда он был почти добр. Он был болен, в его голове все было извращено настолько ненормально, что когда у него было то самое настроение, было похоже, что приходил совсем другой человек, тот, что жил ради боли и мучений других. Эти моменты были худшими.