Я пробормотала дюжину благодарственных слов, прежде чем Коул уточнил номер палаты и повел меня к маме.

Я застыла на месте, глядя на маму на больничной койке. Ее тело казалось таким маленьким, хрупким и очень бледным. Она выглядела лучше, чем когда я увидела ее на полу, но все же пугающе.

Я торопливо подошла к кровати и взяла маму за руку, Коул подошел к ней с другой стороны.

— Мама, — прошептала я.

Она слабо улыбнулась.

— Не сжимай мою руку так, словно я чуть не умерла.

— Мама, — я рассмеялась сквозь слезы. — Ты меня до смерти напугала.

Мама медленно повернула голову к Коулу.

— Она довольно мелодраматична, да?

— Она старается держать себя в руках, — ответил Коул с ухмылкой. — Хотя чуть не стала причиной драки.

Я нахмурилась, глядя на него.

— Что?

— Она собиралась расцеловать вашего врача, — объяснил Коул, а я закатила глаза. — Я бы не стерпел.

— Ну конечно, нет, — медленно проговорила мама. — Хотя… Едва ли она бы захотела поцеловать какого-то другого мужчину, когда рядом ты…

— Мама, — я покачала головой.

Ее взгляд вернулся ко мне.

— Милая, мне наверняка вкололи какую-то дрянь после операции, но это не значит, что я… мертвая или слепая.

Коул хохотнул.

— Боже, — пробормотала я.

Очень скоро мама начала моргать все медленнее. Несмотря на то, что я хотела побыть с ней подольше, пришла пора уходить. Я посмотрела на Коула, и он мне кивнул.

— Я приеду позже, — сказала я маме и устало улыбнулась.

— Милая, отправляйся домой с Коулом. Не надо…

— Мама…

— Не надо возвращаться сюда. Я собираюсь поспать. Просто езжай домой с ним и будь в безопасности, — настойчиво продолжила мама, ее сонные глаза пристально смотрели на меня. — Береги себя.

Я сделала глубокий вдох и кивнула.

— Ладно. — Поднявшись, я наклонилась и поцеловала ее в щеку. — Я люблю тебя, мама.

— И я люблю тебя, милая.

Прошло еще какое-то время, чтобы заставить себя уйти. Уже в коридоре Коул повернулся ко мне.

— Хочешь вернуться после ужина?

Я слабо улыбнулась.

— Да.

— Мы можем вернуться после того, как заберем твои вещи и накормим тебя.

Пока мы шли к лифту, я достала телефон и проверила сообщения.

— Миранда и Джейсон ждут нас в гостинице.

— Они внутри?

— Кажется, да. — Я сунула телефон обратно в сумочку. Двери лифта, наконец, открылись. — Думаю, я не заперла двери. Я запаниковала. — Да и какой смысл был запирать двери, когда у кого-то и так был ключ.

Снова пошел снег, засыпав парковку и жухлую траву.

Коул замедлил шаг, подходя ближе к своему грузовику. Рядом с ним стоял Тайрон, темная фуражка была надвинута почти на глаза.

— Я бы позвонил, но узнал, что вы оба в больнице, — сказал он. — Как твоя мама?

— Им удалось остановить приступ. — Я вздохнула, а Коул прижал меня к себе и погладил мою спину. Даже сквозь куртку его прикосновение дарило мне тепло. — Доктор сказал, что все не так плохо, как могло быть. Они подержат маму в больнице еще несколько дней, но она поправится.

— Это отличные новости. Рад слышать. — Тайрон посмотрел на каждого из нас. — И, кажется, у меня для вас есть новости еще лучше.

На тот момент мне казалось, что любые новости будут хорошими.

Коул опустил руку и взял меня за руку.

— В чем дело?

— Пришли новости от бригады, которую вызвали в дом мэра Хьюза. — Тайрон подошел ближе и понизил голос. — Эта не та самая хорошая часть, но, кажется, мэр покончил с собой сегодня днем. И оставил записку. Там-то и есть хорошие новости. Он признался во всем.

Коул обнял меня за плечи и притянул к своей груди. Мы стояли в дверях гостиницы спустя несколько часов после того, как покинули больницу. Криминалисты как раз уезжали. Мне казалось, они забрали с собой половину дома. Комната наверху все еще была закрыта, думаю, так оно и будет следующие несколько дней.

— Ты будешь в порядке, — сказал Коул, обнимая меня за талию свободной рукой. — И твоя мама будет в порядке.

Я обняла Коула и прижалась щекой к его груди. Моя попытка улыбнуться провалилась. Я слишком волновалась о маме и никак не могла избавиться от нервозности, к которой примешивалось сочувствие к семье мэра. Неважно, насколько ужасным был этот человек, я не могла представить, что переживает его семья.