Кир кивнул, продолжая жевать. Но потом его голова дернулась вверх, он сглотнул и впился в меня взглядом.
–

– Но надеюсь больше не придется пробираться под стеной палатки, чтобы исцелять!

– Обещаю, Кир.- Я протянула руку, взяла пустую чашу и протянула ему полную.
– После того, что случилось в деревне, я обещаю, что расскажу тебе, куда я иду и почему.-

Я бросила на него лукавый взгляд.

– Не то чтобы я обещала повиноваться, заметь.

– С таким же успехом можно приказать ветру не дуть, - пробормотал Кир. Но в уголках его глаз появились морщинки, и я поняла, что он все понял. Я посмотрела на него поверх кружки с каваджем, но ничего не сказала. Он улыбнулся, и его плечи опустились под стеганой туникой. Он потянулся за хлебом и снова принялся за еду.

Я потянулся за гуртом и сунула несколько штук в рот. По какой-то причине он все еще был восхитительным на вкус, и я жевала с удовольствием.

Кир добрался до дна миски и вытер остатки бульона с остатками хлеба. Маркус был прав. Недостаточно, чтобы накормить армию, но достаточно, чтобы накормить одного голодного военачальника.

– Я буду скучать по Кикаи.- Тихо проговорила я, ставя пустую кружку каваджа на поднос и протягивая руку за еще несколькими кусочками гурта.
– Она была тебе настоящим другом.

– Даже после смерти.- Кир поставил пустую миску на поднос.
– Она оберегала тебя для меня.

– Она так и сделала.- У меня перехватило дыхание, когда я вспомнила о боли.
– Я думала, что это ты едешь за мной, охраняешь меня.

Кир поднял поднос и поставил его у наших ног.

– - Я не мог найти тебя.- Голос Кира был таким же мягким.
– Я думал, что отправил тебя на верную смерть.

Я посмотрела на него, и у меня навернулись слезы.

– Кир.

Он протянул руку, и я бросилась в его объятия и крепко обняла его, плача от того, что могло бы быть. Гурт выпал из моей руки, забытый. Кольчуга снята, поэтому я положила голову ему на плечо и прислушалась к биению его сердца.

– Прости, - прошептала я.
– Я должна была бы быть так счастлива, но я так боялась. А теперь ...

– Мы потеряли равновесие.- Кир потянулся к моей руке.

Я улыбнулась.

– Нужно чаще прикасаться к друг другу, чтобы вернуть былое спокойствие, я права?

– Именно так.- Кир потер мои костяшки пальцев, а затем начал поглаживать тыльную сторону ладони.
– Душа сделана из огня и сидит в левой руке.

Я смотрела, как его пальцы легко скользили по моей коже.

– Мне кажется, это удобный повод прикоснуться к другому.

– Неужели?”- Кир выгнул бровь.

– Правда, - прошептала я, беря его правую руку и кладя ее в свою.
– Дыхание состоит из воздуха и находится в правой руке.-

Я массировала его руку, как могла, слегка потирая ее пальцами.

Кир издал глубокий горловой звук признательности.

– Как же мы умны, жители равнин, если у нас есть повод прикоснуться.

Его руки потянулись к нижнему краю моей туники. Он задвигал ими вверх и вниз, согревая, когда они мягкими движениями перемещались по моей спине. Я откинулась назад, и он снял мою тунику через голову. Следующей была моя нижняя рубаха, брошенная в угол. Воздух был теплым, руки Кира-еще теплее. Я задрожала от удовольствия от его прикосновений, что не смогла устоять.

– Я думала, ноги будут следующими?

Кир улыбнулся. Он осторожно опустил меня на кровать. Одна рука накрыла мою грудь. Другой провел рукой по моим волосам, расправляя их над кроватью. Он тихо засмеялся, а затем поднял клочек меха гуртла, который нашел там.

– Гуртл согрел меня.- Я улыбнулась воспоминаниям.
– Они спали так близко, что их мех покрывал меня.

Кир кивнул.

– Их так обучают.- Он вытянулся рядом со мной, подперев голову рукой. Другой накрутил клочек меха гуртла, затем потянулся, чтобы погладить ею вокруг одного из моих сосков.

Я задохнулась от этого ощущения. Несмотря на то, что мех был таким мягким, но все же казался грубым на моей нежной коже.

Кир усмехнулся и продолжил свою атаку, мягко двигая мех по моей груди без особого рисунка. Мое дыхание стало глубже, и я извивалась, пока не схватила его за руку.

Кир позволил мне вырвать у него клок шерсти. Но теперь его свободная рука скользнула вниз, к моей талии, и скользнула прямо под пояс моих брюк.

Я вздрогнула, когда его рука легла на мой живот.