Когда эта группа столкнулась, появилось больше воинов, и ни одного нашего друга не было видно. Я почувствовала две руки на своей талии и ахнула, когда Кир бросил меня на спину Великого сердца. Пытаясь сохранить равновесие, я зарылась руками в его гриву.

– Уезжай – приказал Кир, оглядываясь на драку.

– Не поеду без тебя, - огрызнулась я в ответ, разозлившись и испугавшись в одно мгновение.

Кир резко повернул голову и посмотрел на меня своими очень синими глазами. На мгновение время, казалось, остановилось, когда он одарил меня натянутой, кривой улыбкой.

– Держись, любимая.

– Кир…

Кир протянул руку и шлепнул Великое сердце по крупу.

– Пошел.

Великое сердце дернулось от удивления.

Поймать движение Великого сердца, все, что я могла сделать, да прижаться к его спине. Кир уже повернулся, выхватил мечи и побежал на помощь Кикаи и остальным.

Мышцы Великого сердца напряглись подо мной, готовясь бежать.

– Нет, Великое сердце— я потянула его за гриву.
– Нет, не надо.—

Великое сердце отскочил в сторону вместе с несколькими другими лошадьми, услышавшими команду.

Лошадь заржала от ярости. В замешательстве я оглянулась через плечо, с волосами и слезами на глазах, и увидела черную лошадь Кира, без седока, вставшую на дыбы, разбивающею воздух копытами и ржужию о своем гневе. Я моргнула и тряхнула головой, пытаясь прояснить зрение. На один долгий удар сердца я оглянулась.

Воины превратились в толпу, смешанную из тел и клинков. В центре-высокая темноволосая фигура, сражающаяся двумя мечами.

Я оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как умирает Кир.

Первое лезвие вонзилось ему в шею.

Тогда я закричала, эхом отдаваясь чернотой.

В грудь ему вонзился меч, погруженный по самую рукоять. Кир упал, мечи выпали из его рук.

Я снова закричала.

Это заняло всего один удар сердца. Великое сердце сделало не больше шага. Теперь он рвал землю копытами, пробираясь сквозь палатки и людей, повинуясь последнему приказу Кира.

Плача, я смотрела вперед, пока он бежал, и дергала его за гриву, но он не обращал на меня внимания.

Я обернулась и увидела, что из палатки выбегают воины, садятся на коней и показывают на меня. Я снова вскрикнула от страха и боли и, повернувшись, зарылась лицом в гриву Великого сердца.

Рыдая, я вцепилась в его спину, прижалась к ней. Держись, держись, держись. Эти слова снова и снова повторялись в моей голове, как песнопение для мертвых.

Мы проскочили все палатки, Но Великое сердце продолжил свой бег, другие лошади окружили нас, унося нас вглубь табуна. Краем глаза я видела других лошадей, бежавших рядом, но не обращала на них внимания. И все же Великое сердце не замедлило шаг.

От боли в груди у меня перехватило дыхание. Из глаз и носа текло, волосы лезли в лицо. Мне было все равно. Я крепче сжала ногами Великого сердца и впилась пальцами в его гриву. Солнце уже зашло, показались звезды, а Великое сердце все еще бежало.

Держись, держись, держись

Вспышка привлекла мой взгляд слева. Я мельком увидела всадника, и меня охватил страх. Они поймали меня. Я повернулась, чтобы посмотреть, напрягаясь, чтобы увидеть, кто это был друг или враг. Человек, казалось, светился на свету, словно Звездная пыль или лунные лучи. Я втянула в себя воздух.

Это был Эпор.

Невозможно было не узнать его бородатое лицо, мрачное в лунном свете, когда он ехал с боевой дубинкой на спине. Его волосы, доспехи, кожа-все сияло на свету, омытое серебром.

Я дернула головой вперед. Нет, этого не может быть. Я была—

Айсдира была на второй лошади впереди меня, ее длинная коса светилась серебром. Она оглянулась через плечо, ее лицо было сосредоточенным и серьезным. Она смотрела не на меня, а через мое плечо, словно высматривая моих врагов. Она снова повернулась лицом к фронту и велела лошади ехать быстрее.

– Мы, жители равнин, верим, что наши мертвые путешествуют вместе с нами, едут рядом с нами, невидимые и неизвестные, но знающие и видящие.

Голос Маркуса звенел у меня в голове.

– До самой долгой ночи. В эту ночь мы оплакиваем наших умерших, которых отпустили путешествовать к звездам.

Я посмотрела на свои руки, дрожа, желая вырвать. Но любопытство заставило меня посмотреть направо, чтобы увидеть…