— Подождите еще немного, — попросил Элвир. — Мне нужно, чтобы вы уделяли особое внимание всему, что, на ваш взгляд, противоречит логике, кажется удивительным и неправдоподобным…

— А не хотите ли вы, эн Торн, в свою очередь, помимо указаний, дать некоторые разъяснения? — почти требовательно осведомилась Альва.

— Что вас интересует?

— Откуда вообще взялось пресловутое проклятие Ильдов и что вам о нем известно? — девушка, не стесняясь присутствия протектора и коменданта, уселась на письменный стол и приготовилась слушать.

В принципе, вопрос вполне закономерный и законный. Если они с Карстом занимаются этим делом, то имеют право знать все, что известно ему. Аритэр сообщал удостоившимся особого доверия тайну проклятия Ильдов под страшным секретом, и они не болтали… надо полагать, из боязни прослыть сумасшедшими.

— Ну, вообще-то, об этом нам с Вал… с его величеством поведал покойный король Дайрии, — остается лишь надеяться, что Аритэр сейчас не взирает на воспитанника из-за Грани с немым укором. — Если изложить все услышанное нами вкратце, избегая бесконечных повторений и патетики, то суть сводится примерно к следующему. Ильды прокляты, им суждено разбудить великое зло или что-то в этом роде, чуть ли не стать причиной Заката Мира. По словам нашего бывшего монарха, первым о проклятии узнал знаменитый Дайр Ильд и именно поэтому решил отколоться от древнего великого рода, настояв на разделе государства.

— Но ведь сам он остался Ильдом, — привел резонное возражение комендант.

— Зато его наследники были уже Малтэйрами.

— Все потому, что богини не дали королю Дайру сыновей, — гнул свое Карст. — Кстати, у нас считается, что отсутствие у Дайра наследников мужского пола само по себе является чем-то вроде проклятия и наказания мятежному королю за то, что, не пожелав делить власть с братом, он расколол великий Элар на две части.

— А у нас считается, что королева Теора стоила десятка наследников мужского пола, и уж точно оба сына Имрэ ей в подметки не годились, — Элвир не удержался от сарказма. — Королева Теора считается благословением и гордостью Дайрии, а уж никак не проклятием. Даром что ли на всей Доэйе один из зимних месяцев носит ее имя?1 Король Аритэр считал, что Дайр намеренно велел дочери принять родовое имя мужа, потому как королю ничего не стоило предложить зятю, в котором не было королевской крови, стать Ильдом, приняв фамилию жены-королевы. Таким образом, было бы проще простого продолжить королевскую династию Ильдов в Дайрии, несмотря на то, что богини дали Дайру девочку вместо мальчиков. Но Дайр не хотел, чтобы его наследники носили имя его семьи, и поэтому Теора взяла фамилию мужа, а внуки Дайра были уже Малтэйрами. По крайней мере, такова версия короля Аритэра, по его словам, передающаяся из поколения в поколение среди всех потомков Дайра. Но в свете последних событий думается, что покойный властитель заблуждался. Картина складывается как раз обратная. Зло пробудилось уже после смерти Ильдов. И несчастная королевская династия, которую так сильно недолюбливал отец Валтора, оказалась вроде бы непричастной к проклятию.

— А это еще как посмотреть, — протянула Альва, по-прежнему восседающая на столе, сопроводив свои слова хитрым взглядом, обращенным на Торна.

— Чего ты на меня так смотришь, крысенок? — и тут же поправился: — Дэнья Свелл, соблаговолите объяснить смысл ваших многозначительных взглядов.

— Я лишь повторяю ваши слова, эн Элвир, — невинно заметила девушка. — Разве не вы изволили обратить внимание на тот факт, что Валтор Малтэйр — Ильд в такой же степени, как и казненный король Элара?

Торн обратил внимание на то, что девушка назвала последнего короля Элара «казненным», а не «покойным». Хорошо хоть не добавила «казненный вами». Вот Лотэсса, та бы не преминула лишний раз указать протектору на то, что он исполнил роль палача.

— Все ужасы начались лишь после взятия дайрийцами Вельтаны и казни последних Ильдов. По улицам все настойчивей ползут слухи о Закате Мира, и колдунья Энлил сказала, что ее тени поведали то же самое, — неумолимо продолжала Альва. — А кто начал все это? Кто разбудил проклятие, если оно действительно существует? Ваш король! Малтэйр, который на самом деле Ильд!

— Она права, — это комендант решил высказаться. — Если дайрийцы так старательно подчеркивают свое происхождение от Дренлелора и то, что, по сути, являются Ильдами, когда стараются придать своей узурпации видимость законной власти, то почему бы не взять на себя ответственность за разбуженной проклятие Ильдов? — тон Итона был суров.

Элвир молчал, понимая, что в словах собеседников есть смысл и логика, сколь бы неприятными ни казались их умозаключения.

— Что ж, — Торн решил все-таки высказаться, пока молчание не стало неловким. — Ваша версия имеет право на существование. Такое толкование происходящего не стоит сбрасывать со счетов. Однако я надеюсь, дэнья Альва, что, работая с книгами, вы не будете искать лишь что, что может подтвердить вашу догадку, игнорируя все, что идет с ней вразрез. Хотелось бы верить, что вы учтете все факты.

— Безусловно, — девушка выглядела несколько обиженной оттого, что ее заподозрили в пристрастности.

— Хорошо, а теперь ступайте к энье Линсар.

Альва была уже у дверей, когда он решил окликнуть ее. Девушка остановилась, Элвир подошел к ней.

— Дэнья Свелл, не окажете ли мне честь своим присутствием на королевском балу? — наблюдая смесь противоречивых чувств, отразившихся на ее лице, Торн невольно улыбнулся.

— Ваш король уже пригласил меня, — с достоинством ответила Альва, справившись с эмоциями.

— И вы ответили согласием? — полюбопытствовал протектор.

— А разве у меня был выбор?

Несколько секунд он просто смотрел на девушку, а потом расхохотался.

— Да, крысенок, именно так должна реагировать бедная девушка из провинции, приглашенная на свой первый бал самим королем!

1Зимние месяцы названы в честь великих властительниц — Дезлин, Теоры и Илинты.

Тэсса придирчиво оглядела себя в зеркале. Волосы уложены в строгую прическу и убраны под жемчужную сетку. Платье вполне бального фасона, разве что более закрытое, зато практически полностью черное. Белые вставки, расшитые жемчугом, лишь по вороту, подолу и краям рукавов. На шее ожерелье из темно-пурпурного, почти черного, жемчуга, подаренное королем, на левой руке — его же обручальное кольцо. Все требования соблюдены.