Мой волк не был рад видеть, как она уходит, и я упрекнул его, направляясь вглубь леса, чтобы возобновить патрулирование. "Она понравилась тебе только потому, что покормила тебя". Это было не совсем правдой. Его заинтересовала человеческая девушка, он был даже немного увлечён ею. Если честно, я тоже был немного увлечен.

Я шумно вздохнул. Не имело значения, насколько мне нравилась Эмма, потому что из этого ничего не получиться. Скажем, если бы она заинтересовалась мной, и у нас было несколько свиданий. И что потом? Как и с любой другой девушкой, с которой я встречался, я должен был покончить с этим раньше, чем всё станет серьёзно. Я не мог иметь отношения с человеческой девушкой и смотреть, как она страдает, когда мой волк, в конце концов, запечатлится бы на ком-то ещё. А это случится, и выхода из этого не было. Я не мог так поступить с девушкой, и уж точно не причинил бы Эмме такую боль. Если бы она позволила мне, мы бы стали друзьями, но это было бы всё, что между нами могло бы быть.

ЭММА

Я открыла заднюю дверь и закатила велосипед внутрь, почти забыв закрыть за собой дверь в рассеянности. Сегодня я не планировала идти на шахту, но после особенно жестокого кошмара мне нужно было выбраться из дома на несколько часов. Сара сказала мне, что шахта была особенным местом для неё и Реми, поэтому я решила нарисовать её для неё. Катаясь на велосипеде, я почти представляла себе, какой была её жизнь до того, как Эли и Мохири нашли её. К тому времени, когда я добралась до шахты, я почти ожидала увидеть тролля, ждущего меня.

Чего я никак не ожидала, так это появления оборотня. Всю дорогу домой единственное, о чём я могла думать, это о своём времени с ним и то, как он, казалось, наблюдал за мной. Роланд сказал, что стая защищает людей на их территории. Возможно, этот волк чувствовал себя ответственным за меня после того, что случилось в бухте.

Какими бы ни были его причины оставаться со мной, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Осознание того, что я могу чувствовать себя комфортно рядом с оборотнем, ошеломило меня, особенно то, как он возвышался надо мной на четырёх лапах. Он напугал меня, выйдя из леса, и я сначала нервничала, даже после того, как узнала его. Но он оказался хорошей компанией, и было удивительно легко забыть, каким могущественным и смертоносным существом он был. "Интересно, — подумала я, — именно так чувствовала себя Сара, когда смотрела на своих церберов? Все остальные видели в них чудовищ, но для неё они были её большими собаками".

Неужели я только что сравнила оборотня с собакой?

Я покачала головой и поднялась по лестнице в дом, улыбка тронула мои губы. Я была почти уверена, что ему не польстит такое сравнение. Лучше держать эту мысль при себе.

Час спустя я сидела за мольбертом с кистью в руке, уставившись на чистый холст. К верху холста были приколоты несколько фотографий старой шахты, которые я сделала этим утром, и детали были свежи в моей памяти. Но по какой-то причине я не могла понять, с чего начать. Я заёрзала на стуле, не понимая, чем вызван мой творческий блок. Обычно я легко терялась в своих картинах, но сегодня мне почему-то было не по себе.

Я оглядела чердак, и мой взгляд упал на дверь, ведущую на мансарду, напомнив мне, что я планировала проверить крышу. Не совсем захватывающая затея, но это было лучше, чем сидеть здесь и делать что-то ещё.

Отложив кисть, я подошла к маленькой двери и открыла её. Внутри не было никакого светильника, но много света шло с чердака. Я проверила узкую лестницу, а потом поднялась по ней к двери, ведущей на крышу. Она была заперта на засов, и мне пришлось немного подёргать замок, чтобы он сдвинулся. Затем, я открыла дверь и вышла на солнце.

Я оказалась возле вентиляционной системы, лицом к задней части здания. Обойдя блок, у меня перехватило дыхание от безграничного вида океана. Разноцветные парусники усеивали бухту, а две рыбацкие лодки, спустившиеся на воду, направлялись к берегу со своим уловом.

Кто-то, скорее всего Сара, устроил на крыше небольшую террасу. Большие кашпо с цветами стояли по углам террасы, которая была меблирована плетёным диваном и двумя деревянными стульями. В центре даже была небольшая металлическая яма для костра. Тёплое солнце манило меня, и у меня было предчувствие, что этим летом я проведу здесь много времени.

Я сбегала на первый этаж за своим ноутбуком и телефоном. Устроившись в одном из кресел, я начала искать магазины художественных принадлежностей в Портленде, отметив два, которые хотела бы посетить. После этого я развлекала себя изучением автомобилей и пыталась решить, что мне нравится. Роланд был прав. В конце концов, он мне понадобится. Я не могла полагаться на то, что кто-то будет развозить меня по делам. И это не значило, что я не могла позволить себе свой собственный автомобиль.

Я была потрясена, когда, наконец, вошла в банковский счёт, который Тристан и Сара открыли для меня, и увидела баланс. Я знала, что Мохири богаты и щедры, но не ожидала увидеть на своём счету столько нулей. У меня было более чем достаточно денег, чтобы оплатить машину, проживание, колледж и всё остальное, что мне было нужно. Я могла бы бросить работу в закусочной, если бы захотела, но эта работа давала мне повод выбраться из дома, когда я пряталась здесь. Может быть, когда я осенью пойду в школу, я откажусь от неё, но пока оставлю всё как есть.

Моё внимание привлекла реклама на сайте, который я просматривала, и я уставилась на логотип Национального центра по делам пропавших и эксплуатируемых детей. Сухо сглотнув, я нажала на ссылку, прежде чем смогла убедить себя, что это плохая затея. Я была на этом сайте раньше и точно знала, что я найду, когда я искала своё имя. Но я всё равно это сделала.

Школьная фотография, сделанная за месяц до моего исчезновения. Я вспомнила тот день, как будто это было вчера. Моя подруга Челси стояла позади фотографа, корча мне рожи, и я изо всех сил старалась не рассмеяться. В результате получилась фотография, на которой я сидела, сжав губы и с искрящимися от смеха глазами.