– Вы чего это, серьезно?! – я усмехнулась. – У вас же есть камера. Посмотрите! Девчонка, что терлась возле меня, вытащила мой кошелек! Я увидела это только в примерочной и побежала, чтобы попытаться ее догнать…

– Мы можем посмотреть, но это ничего не поменяет, – заявила одна из продавщиц.

Я удивленно уставилась на нее, и она продолжила:

– Вы попытались украсть платье. Оно стоит 15000 рублей.

– Я собиралась его купить! – возмутилась я.

– Вы попытались скрыться в нем! – возразила другая.

Было ощущение, что я говорю со стенами, и я в отчаянии, смотря то на одну, то на другую, завопила:

– Вы что тут все – тупые?! Я же все объяснила!

– Выбирайте выражения! – одернул меня охранник. Но мне было не до церемоний. Я вся кипела от возмущения, что меня обвиняют в том, к чему я вообще не была причастна! На глаза наворачивались слезы от обиды, но я сдерживала себя и защищалась, нападая на них:

– Как выбирать выражения, если вы все туго соображаете?!

– Соображаем мы хорошо. Может, та девушка ваша сообщница и вы просто решили украсть платье. А вся ваша история – просто миф… – прозвучало обвинение, и я, вздохнув, поняла, что дальнейшие препирательства бессмысленны.

– Хорошо, я сейчас верну ваше платье.

Я повернулась, чтобы пойти в примерочную, но охранник поспешно схватил меня за руку, скорее всего, решив, что я опять собралась сбежать, и я почувствовала, как рвется ткань на моем плече.

– Пипец! – воскликнула я, смотря, как лопнули нитки на рукаве. – Вы порвали его!

Он непроницаемо посмотрел на меня и отвернулся, будто мои слова были адресованы не ему. Девушка-консультант взглянула на мое плечо, оценив ущерб, и бесстрастно заявила:

– Вы должны заплатить за платье в любом случае.

– Почему?! Я просто верну его вам! – не сдавалась я.

– Вы не можете вернуть – оно порвано! – ответила она непоколебимо.

– Пусть он за него и платит, – указывая на охранника, возмутилась я.

– Девушка, либо вы платите за него, либо мы вызываем полицию, и пусть они разбираются с вами. Но учтите, что в любом случае, чтобы уладить этот инцидент, вам придется возместить стоимость этого платья, просто позже и с большими проблемами.

Я подумала о том, что если одна из бабушек узнает об этом, то я автоматически вынуждена буду уехать обратно, не осуществив свои планы, так что я ни в коем случае не должна попасть в полицию.

– У меня украли кошелек! – в отчаянии закричала я, чтобы наконец до них дошло это. – Посмотрите!

Продавщица, вздохнув, пошла к компьютеру, я последовала за ней. Она включила видео с камеры наблюдения и перемотала до нужного места. Я увидела, как девушка в кепке аккуратно лезет ко мне в сумку и вытаскивает кошелек, как я отхожу от нее, а потом иду в примерочную, и я завопила:

– Вот, вы видели!? Она украла мой кошелек!

– Видели, но где доказательства, что это не разыгранный вами спектакль?! – невозмутимо ответила она. Я готова была лопнуть от возмущения, но доказательств, что я говорю правду, у меня не было.

– Девушка, если вы говорите правду, то вы хотели купить это платье?

Я устало выдохнула:

– Да.

– Так покупайте и не морочьте никому голову! Лица этой, в кепке, нигде не видно, в полиции вам не помогут.

– Но у меня больше нет денег, – удрученно призналась я.

– Попросите у родителей или друзей одолжить вам.

Я одарила девушку, предложившую это, сердитым взглядом и чуть не взвыла от мысли, что опять, кроме Макса, мне не к кому обращаться. Но поможет ли он мне после моей вчерашней выходки, я не знала. Я видела ожидающие моих действий взгляды и скрепя сердце достала телефон и набрала его номер.

Услышав знакомое сухое «да», я заставила себя сказать:

– Выручи меня. Пожалуйста! Мне срочно нужно пятнадцать тысяч. Я верну.

– Опять ты?! – раздалось в трубке.

Я промолчала, ожидая, что он скажет дальше, но если честно, то уже не рассчитывала на его помощь, особенно после того, как он сказал:

– С какой радости я опять должен тебя выручать?!

Я собралась духом и выпалила, понимая, что он моя единственная соломинка.

– Я знаю, что ни с какой. И я бы не просила тебя, если бы это было не срочно и у меня были другие варианты, но…

– Где ты?

– В «Галерее», в ***

Он повесил трубку, но теперь я знала, что он скоро приедет. Не знаю, почему, но в этот раз я была по-настоящему ему благодарна, хотя трудно сказать, какая из ситуаций была более щекотливой.