— Оливен, хоть и не имеет на то права, унаследует после меня титул короля, точнее, императора… если его мать не станет мешать мне, пытаясь лезть в дела, которые выше ее разумения.

— Да, мой король, — Исили склонилась в глубоком реверансе, но Айшел разглядел как сияют ее глаза.

Теперь у змеи вырваны зубы, он сделал ее союзницей. Королева пойдет на все, чтоб ее выродок воссел на троне Имтории. И незачем ей знать, что двадцатилетний Оливен вряд ли доживет до коронации. Сейчас война, и наследника престола можно облачать высочайшими полномочиями и бросать в самые опасные ее очаги. И как бы благосклонна не была к змеенышу судьба, в случае чего, ее всегда можно направить в нужную сторону.

— Я полагаю, начать стоит с назначения Оливена первым маршалом королевства, — подавая руку супруге, заметил Айшел.

— Это такая честь, мой король, но опасности войны… — королева встревожилась.

— Войны опасны лишь для солдат и младших офицеров, — отмахнулся он. — Впрочем, что вы, женщины, можете в этом смыслить?

— Пожалуй, поменьше вашего, — легко согласилась Исили.

Вот и хорошо! Пусть улыбается, почти не скрывая торжества. Впереди долгие годы печали, ибо змеенышу ни при каком раскладе не суждено вернуться в столицу.

Тэсс постепенно привыкала к новой жизни. Валтор выделил ей роскошные покои, достойные принцессы. Кроме того, несмотря на угрозы, приставил к ней несколько служанок и пару фрейлин. Фрейлины напомнили Тэссе дам ее матери — пожилые и скучные. Конечно, и за такой внешностью могут скрываться соглядатаи, вроде Шалены. С другой стороны, на этот раз ей нечего скрывать от короля. Пусть докладывают, чем она занимается. Тот, кому доведется читать эти отчеты, рискует, разве что, умереть от скуки.

Дни Тэссы проходили однообразно. В основном за чтением или в дворцовом парке. На прогулки по городу она пока не решалась, да и воспоминания с прошлого посещения Тиариса остались не лучшие. Парк был очень хорош и не уступал садам Нианона, хоть и устроен на иной манер. Лотэссе нравилось бродить по дорожкам среди тенистых деревьев или сидеть у фонтанов, окруженных удивительной красоты клумбами. Даже следовавшие за ней неизменно фрейлины не смущали девушку, кроме тех случаев, когда пытались вести беседы. Не то, чтобы так сложно поддерживать разговор даже с пожилыми и скучными дамами, просто Тэсс так мало могла рассказать о себе, не выдавая страшных тайн и не рискуя прослыть безумной, что любая светская беседа превращалась в настоящую пытку. В итоге она выбрала единственную беспроигрышную тактику — расспрашивать своих дам о дайрийских обычаях и истории. Знания эти оказались совсем не лишними. Кроме того, девушка поняла, что полученные ею на уроках географии, истории и политической науке сведения о Дайрии не то, чтобы совсем не верны, но сильно искажены своеобразным толкованием. Эларцы слишком привыкли видеть врага в родственной, казалось бы, державе, а потому почти все, имеющее отношение к этой стране, представляли в отрицательном свете.

За исключением парка и собственных покоев Лотэсса почти нигде не бывала. Пару раз она случайно столкнулась во дворце с Торном и однажды — с Валтором. Король почтительно поклонился при встрече и поцеловал ей руку. Впрочем, тут же забыл о ее существовании, поспешив дальше.

А на что она рассчитывала? Что, как во время ее вынужденного пребывания в Нианоне, она будет разделять с его величеством все трапезы и часть дворцовых мероприятий? Там она была королевской невестой, а тут в лучшем случае гостьей, а в худшем — заложницей. С чего бы Валтору уделять ей внимание и время? Но ведь именно за этим она так стремилась сюда. За тем, чтобы быть с ним рядом. Теперь эта мысль казалась наивной и глупой. На самом деле, королю Дайрии надо еще спасибо сказать, что не бросил ее в темницу, как неудавшуюся убийцу.

Утро очередного дня встретило Тэсс звуками дождя. По стеклам сползали вниз потоки воды, а в комнатах было настолько темно, что служанка зажгла свечи в светильниках и канделябрах.

Девушка накинула утреннее платье и подошла к окну. Сегодня уж точно не удастся выйти из комнат. Хотя чему удивляться? Для месяца Эльвии затяжные дожди — обычное дело. Внезапно ей вспомнился другой дождливый день последнего месяца лета. Тогда она стояла у окна собственного замка, погруженная в неизбывную скорбь по погибшему брату и охваченная ужасом от того, что родители решили выдать ее за Дайрийца. Сколько прошло с той поры? Год? Полгода? На самом деле — нисколько. Возможно, это тот самый день, и уж точно тот самый месяц. Теперь Эдан, хвала Богине, жив, как и все остальные жертвы дайрийского вторжения, а выйти замуж за Валтора Малтэйра — недостижимая мечта.

Тэсс вздохнула. За дверью послышался шум. Кто-то пришел. Благо, графиня Фиделл уже явилась и может принять посетителя. Не придется выходить из спальни в утреннем одеянии. Однако в девушке, которую не баловали визитами, проснулось любопытство. Она слегка приоткрыла дверь и увидела молодого человека в форменной ливрее. Тэсс не слышала, что именно он говорил графине, но та всплескивала руками то ли от волнения, то ли от радости. Лотэссе стало еще интереснее, и она с трудом дождалась, пока придворный наконец уйдет.

Не успела захлопнуться дверь за посетителем, как Тэсс тут же влетела в гостиную.

— Энья Лотэсса, позвольте пожелать вам доброго утра, — графиня присела в реверансе. — Только что заходил посыльный от его величества…

— От короля? — Тэсса невольно приложила руку к сердцу.

— Именно, — даже простой кивок этой дамы был исполнен достоинства. — Его величество изволил передать вашей светлости приглашение…

— Король назначил мне аудиенцию? — Лотэссы чуть не бросилась чопорной фрейлине на шею.