— Да понятно это все, — Торн все-таки встал и принялся ходить по кабинету. — И все равно не стоит отчаиваться. Если верить полученным сведениям, Йеланд совсем недавно издал указ о созыве войск и начал вести публичные речи, воодушевляющие граждан. Пока все эти рыцари доберутся до столицы, а потом двинуться в нашу сторону, много воды утечет. Да и эларская казна не стала полнее от того, что король возомнил себя великим и непобедимым. Пусть они и выиграли, но при этом потратили последние остатки средств. Как добывать деньги на новую кампанию? При том, что наступательные войны куда дороже оборонительных. Нам ли не знать.

— В распоряжении Ильда тарнийские кредиты. Как же все-таки жаль, что он так и не объявил о разводе с Шафирой!

— Ну, ты сам этому помешал, — напомнил Элвир, — приютив даму сердца Йеланда, которая могла стать причиной развода. Он ведь выслал тебе ультиматум, требуя ее возвращения в Элар?

— О да! — усмехнулся Валтор. — В этом грозном воззвании Йеланд требовал немедленно вернуть на родину коварно похищенную дочь герцога Линсара. Разумеется, в ответ он получил послание, где говорилось о том, что энья Линсар находится в Тиарисе по доброй воле и под моим покровительством. А вышеупомянутая энья Линсар приложила к сему письмо, начертанное ее собственной рукой, в котором полностью подтверждала все сказанное.

— А, может стоило пойти навстречу Ильду и выдать ему вожделенную девицу?

— Что? — Валтор, казалось, искренне удивился.

— А ты не думаешь, что именно она стала поводом для объявления войны. В смысле последней каплей. Возможно, удайся Йеланду его затея с разводом и новым браком и не вмешайся в этот расклад Дайрия, он не пошел бы на нас войной.

— Ты действительно в это веришь? Дело не в благополучии эньи Линсар и не в рыцарских принципах. Даже дай король Элара клятву, что получив обожаемую женщину обратно, он не начнет войну, я бы ему не поверил. Раз он считает себя достаточно сильным, чтоб напасть на Дайрию он это сделает. В лучшем случае — несколько позже. Это же Йеланд! Как можем верить ему мы — его враги, если он легко предает союзников. Ту же Тарнику. Сколько лет Юлдари до Берра снабжал его деньгами, а Йеланд был в одном шаге от того, чтоб вышвырнуть его дочь, покрыв позором ее и всю Тарнику.

— Это если верить словам нашей… гостьи. А если дочка герцога все-таки врет? У нас нет никаких доказательств, что король собирался разводиться. Даже о расторжении помолвки принца с этой девицей официально не объявлялось. Правда, осведомители Нолана отмечают сильно охладевшие отношения между Ильдами. И это все, что может служить подтверждением слов эньи Линсар.

— Я ей верю, — голос Валтора прозвучал неожиданно резко.

— Как знаешь. Тем более, все равно уже ничего не изменить. Нам остается готовиться и рассчитывать на то, что до весны Ильд не заявится, а то и вовсе растеряет и без того невысокую боеспособность своей армии. Знаешь, неплохо бы довести до сведения короля Юлдари слухи о возможном разводе Ильда с его дочерью.

— Ты же не веришь в это, — ехидно заметил король.

— Неважно, во что я верю, — отмахнулся Торн. — Важно заронить семя сомнений в душу короля Тарники, и тем самым, лишить Ильда притока финансов. Без денег Юлдари Ильду не на что будет вести войну. В конце концов, холодное, почти пренебрежительное отношение Йеланда к жене ни для кого не секрет. У тарнийского короля, наверняка, есть свои люди при дворе Вельтаны, а значит ему доложат о слухах, касающихся расторжения помолвки принца с Лотэссой Линсар. Остается натолкнуть Юлдари до Берра на мысль о том, что старший Ильд вознамерился жениться на невесте младшего, а собственную жену отправить домой. Даже если Йеланду удастся в конце концов убедить тестя, что это не более, чем грязные наветы, на выяснение отношений им понадобится время. Чем больше, тем лучше.

— Ты прав, — Валтор вздохнул. — Способ довольно мерзкий, но действенный. Увы, ради своей страны и подданных приходится порой идти на подобные низости. Это не делает мне чести, как правителю, но сейчас мы не готовы к новой войне. Жаль, что на новоявленного императора Айшела не найдется такой управы. Как бы ни голодали имторийцы, на ведение войны старик всегда изыщет средства.

— Будем надеяться, что Айшела мы на ближайшее время отпугнули. Пока стоит сосредоточиться на Эларе. И Тарнике. Пусть эн Нолан подумает, как получше донести до короля Юлдари известие о коварстве его зятя и союзника.

— До чего же все паршиво, — голос его величества звучал спокойно, но Элвир не обманывался насчет обуревающих короля чувств. — Неужели отец был прав насчет пресловутого проклятия Ильдов? С того момента, как мы напали на Элар все, что построено им и мной рушится на глазах. Сколько еще напастей предстоит пережить? Может, эта девчонка Линсар была права, и не стоило мне идти войной на Элар?

— Ну вот, теперь ты вспомнил покойного батюшку с его суевериями и безумные речи странной девицы, — Элвир покачал головой. — Ваше величество, возьмите себя в руки. Все действительно довольно паршиво, но это не повод…

— Да понимаю я, — перебил Валтор. — Не бойся, я не собираюсь впадать в мистицизм. Король должен мыслить трезво в любых обстоятельствах… хотя признаюсь, именно сейчас мне безумно хочется напиться.

— Ну так напейся, — усмехнулся Торн. — Чуть позже я могу составить тебе компанию. После того, как переговорю с Ноланом.

— Я дождусь, — пообещал Валтор.

Элвир поспешил выполнить задуманное и направился к Нолану. Рабочие комнаты эна Риза находились в другом крыле дворца и Торн предпочел большую часть пути пройти по открытой галерее. Конец месяца Эльвии и впрямь радовал прекрасной погодой, а времени на полноценные прогулки у Торна не было. Хоть так полюбоваться красотой природы.