Пока не было Анны, я сварил кофе, нашел перекись водорода, стерильные салфетки и пластырь, поставил все это на журнальный столик перед диваном, сел ждать.

Аня появилась на лестнице. Она шагала осторожно, потому что эта футболка была немного короче той, у которой я оторвал рукав.

– Садись сюда. – я встаю с дивана и показываю ей на выступающую часть дивана. Она медленно садится на край, сжимая ноги и натянув пониже футболку. Ее щеки снова горят красным. Она поднимает на меня глаза. От этого взгляда чувствую электрический импульс, который прошибает меня сверху-вниз. Я опускаюсь на пол перед ней. Повязку с ноги она уже сняла. Я капаю перекисью на рану и вытираю салфеткой стекающие вниз розовые капли.

Ее дыхание учащается и сердце бьется очень быстро. Я беру пластырь, снимаю защитную пленку и прикладываю его к порезу, прижимая ладонью. В это мгновенье Аня пропускает вдох. Она тоже меня хочет. И на этот раз никаких наркотиков или алкоголя.

Моя ладонь не отрывается от ее ноги, поднимается выше. Я поднимаю глаза. Ее губы приоткрыты, а ресницы слегка опущены. Она отпускает футболку. Я веду ладонью по ее бедру, приподнимаясь с пола. Когда дохожу до края футболки, Аня закусывает нижнюю губу.

На этот раз я точно не смогу остановиться. Я толкаю ее на диван, впиваюсь в ее губы, слышу приглушенный стон, когда касаюсь ее языка. Она обнимает меня ногами. Мне кажется, что я могу кончить, просто целуя ее. Я нахожу руками ее руки, и мы переплетаемся пальцами.

Пошли все на хрен. Она – моя.

Моя правая рука освобождается от ее пальцев и скользит вниз по телу. Я поднимаю задравшуюся на ней футболку еще выше и стягиваю свои шорты. На мгновенье отрываюсь от ее губ. Ее глаза прямо напротив моих.

– Только не останавливайся. – нетерпеливо шепчет она.

– Я и не смогу.

Я растворяюсь в ее глазах и вхожу в нее. Аня выгибается мне навстречу, ее зрачки расширяются, и она громко стонет, заглушая мой стон. Я полностью заполняю ее, чувствуя каждым миллиметром члена. Мы смотрим друг другу в глаза, когда я двигаюсь внутри нее. Ощущения такие, как будто сливаются не только наши тела, но и наши души. Я немного ускоряю темп. Аня обнимает меня за спину. Я хочу сказать ей, как сильно люблю ее.

– Я.... – начинаю я, но Аня закатывает глаза и впивается ногтями мне в спину.

– Я… сейчас... умру! – говорит она, делая паузы в моменты, когда я глубоко вхожу в нее. Она стонет, почти кричит и начинает отталкивать меня, сжимая ноги. Я заглушаю ее крик поцелуем, и она расслабляет ноги. Я продолжаю входить в нее, чувствуя пульсацию и жар ее оргазма. Всего несколько движений, и я тоже кончаю. Долго и сильно. Я утыкаюсь лицом в ее волосы. Не хочу выходить из нее, и мы лежим так несколько минут. Ее руки у меня на спине. Я никогда и никому ее не отдам. Теперь она – моя жизнь.

Я поднимаю голову, смотрю в ее ярко-зеленые глаза и целую в припухшие губы. Мой член дергается внутри нее. Аня удивленно ахает, и я выхожу.

Это был чистый кайф.

Влад.

Мама сказала мне, что инструменты должны быть на даче в гараже. Когда же я куплю себе свои? Постоянно забываю.

Я поставил машину перед воротами, заглушил двигатель и открыл дверь. Войдя во двор, я сразу направился к гаражу, но подняв глаза на дом, застыл на месте.

На балконе висят женские вещи. Белые шорты, как у Ани, футболка и трусики. Но это же не могут быть ее вещи? Просто у Антона в гостях какая-то девушка с похожими шортами. Нужно зайти, поздороваться.

Я вошел в гостиную, обвел взглядом комнату и увидел полуголого Антона, сидящего на диване. На его лице отразилось удивление и… страх?

– Привет. У тебя гости? – спрашиваю я и замечаю на журнальном столике салфетку, которой вытирали кровь.

Антон встает с дивана, видит, куда я смотрю и направляется ко мне.

– Влад… - говорит он и смотрит мне в глаза. Я быстро перевожу взгляд в сторону. Он что, хочет сделать мне внушение?

– Аня здесь? – спрашиваю я, очень надеясь, что ошибаюсь. Смотрю в пол.

– Да. – отвечает он.

Сука! Я поднимаю глаза и бью его в нос. Руку пронзает боль. Я разбил костяшки пальцев. Этому гандону все до одного места. Ненавижу его!

– Ты трахнул ее и укусил! – говорю я и снова бью его в лицо. Он даже не пытается уйти от удара.

– Я не кусал ее. Она поранилась. – говорит Антон, оглядываясь на лестницу. Наверное, Аня наверху.

Я не смотрю в его глаза, отхожу к кухонному уголку.

Он не отрицает, что они трахались. Хоть в этом не врет.