– Помнишь, ты обещал рассказать про ошибку выжившего? – спрашивает она.

– Это когда выводы делают на основе группы выживших и упускают статистику погибших. Как, например, с ремнями безопасности. Те, кто выжил после аварии, будучи не пристегнут, делают вывод, что ремни не спасают. А те, кто не выжил, уже ничего сказать не могут. И таких больше.

– Ясно. Значит, в ситуации с маньяками – я из группы выживших. – улыбается она.

– Да.

А я – из группы погибших в аварии.

Мы идем по берегу реки. Аня смотрит на противоположный берег. Там, среди деревьев, виднеются редкие крыши домов. Это заброшенный дачный поселок.

– Раньше там была дача сестры моего дедушки. Мы ходили к ней летом пешком, проходили мимо вашего дома. Этот участок я считала самым опасным.

– Почему?

– У вас была собака и я очень боялась, что она может выбежать за двор. Я не люблю собак. – говорит она.

– Наш пес был добрым. Он бы тебя не покусал.

– Все хозяева собак так говорят.

Мы дошли до водопада, которым заканчивается река, спустились вниз по склону. Чтобы переправиться на другую сторону ручья, нужно идти по камням, проложенным в воде. Они покрыты скользкой тиной. Можно, конечно, пойти другим путем, но придется делать большой крюк.

– Давай руку. Ты можешь упасть. – говорю я.

– Я сама. Я сто раз ходила здесь в детстве.

– Хорошо. – какая же она упрямая.

Я иду первый, она на расстоянии двух шагов от меня. Уже собираясь ступить на берег, слышу всплеск воды и меня окатывает дождем брызг. Аня свалилась в воду. Она встает, и вода достает ей до пояса.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, изо всех сил стараясь не засмеяться.

– Да. – отвечает она, спотыкаясь на каждом шагу. Я подаю ей руку с берега и тяну на себя, сжимая ее мокрую ладонь.

На берегу Аня выпрямляется и закидывает намокшие концы волос за спину. Ее футболка стала прозрачной от воды и прилипла к телу. Я смотрю на ее грудь. Она замечает это, и я отворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Я стягиваю свою футболку и подаю ей, не оборачиваясь. Чувствую, как у меня встает. Каждый раз, когда я остаюсь с ней наедине, случается что-то подобное. Может она специально это делает? Нет, вряд ли.

– Надень мою футболку. Она должна подойти по длине. – говорю я и думаю о том, что Аня сейчас разденется до гола прямо у меня за спиной. Черт! Нужно подумать о чем-то другом, иначе она заметит мой стояк. Я перемножаю в уме трехзначные числа. Слышу, как она расстегивает молнию на своих шортах, забываю числа.

– Ты поранилась? – спрашиваю я, не поворачиваясь. Отлично. Таблеток у меня с собой нет. Теперь нужно контролировать еще одно желание, связанное с ней.

– Да, наверное, порезалась о камень в воде. Ты можешь повернуться. – говорит она.

Я поворачиваюсь, вижу маленький порез у нее под коленкой, а она видит то, с чем не справилась математика. Она опускает глаза и ее щеки краснеют. Я хочу ее еще больше. Нужно что-то сделать с ее раной.

– Мне придется испортить твое новое платье. – говорю я, сжимаю одной рукой ее плечо, а второй резко дергаю рукав. Ткань отрывается прямо по шву.

– Зачем? Это всего лишь царапина. – говорит Анна.

– Чтобы пыль не попала. – отвечаю я и сажусь перед ней на колени. Разрываю рукав в полоску и смотрю не рану. Несколько секунд ничего не могу сделать. Мои руки с повязкой застыли в воздухе. Я чувствую, что клыки удлиняются.

– Ты боишься крови? – спрашивает Аня. Она наклоняется и проводит тыльной стороной ладони по ране, стирая кровь. Несколько капель воды с ее волос падают мне на плечи. Я прихожу в себя.

– Нет. Просто думал, как лучше перевязать. – отвечаю я и быстро прячу порез за повязкой, пока очередная капля крови не испытала на себе силу земной гравитации.

Так уже лучше. Но мне все равно нужны таблетки.

Аня возвращается к воде и смывает кровь с ладони.

– Зайдем ко мне. Здесь недалеко. Тебе нужно высушить вещи. – говорю я, пока она не повернулась в мою сторону. Клыки ей точно видеть нельзя.

– Да, в таком виде я домой не пойду.

По дороге мы почти не разговариваем. Я только спросил, не намок ли ее телефон. Она сказала, что рюкзак внутри сухой.

Мы зашли в дом, я проводил Аню на второй этаж в уже знакомую ей спальню. Открыл дверь на балкон и показал сушилку, где она может развесить свои вещи. Я достал из шкафа чистую белую футболку и подал ей, чтобы она надела ее, после того, как примет душ.

– Я пока сделаю кофе. – говорю я и выхожу из комнаты. Сразу же бегу к холодильнику, достаю банку таблеток, высыпаю на ладонь четыре штуки, кидаю их в рот и запиваю водой. Через минуту мои клыки становятся нормальной длины.