— Да, — ответила, проглотив и накалывая новую порцию, — просто я, если честно, думала, что твоё коронное блюдо — кипяток.

Алекс рассмеялся, отложив приборы в стороны.

— Я уже давно живу один. Ничего удивительного нет в том, что я умею готовить яичницу. Ещё и пельмени варить умею, — сообщил довольный Романов, состроив смешную гримасу гордого самца.

Я улыбнулась. Честно говоря, скулы уже затекли от постоянных улыбок. Я только и делаю, что растягиваю губы. Ну, и ещё кончаю. Жизнь прекрасна!

Мы доели, Алекс протирал стол, а я собрала посуду в мойку. Закидывала моющее средство, когда раздался голос:

— Надеюсь, не помешал. Жду в гостиной.

Отец Алекса развернулся и покинул кухню, оставляя нас наедине.

Он был здесь всего несколько секунд, а я уже успела оцепенеть от ужаса, и теперь не могла ни вздохнуть, ни сделать шаг.

— К-как он вошёл? — спросила, заикаясь.

— Он строил этот дом, Маша. У отца есть ключи, — невозмутимо ответил Алекс, домывая руки.

— Но… — я была в полном шоке. Начала заикаться от испуга и совершенно не знала, что и думать, — но… Он… Он же мог застать нас… Когда мы…

— Когда «мы» что? — спросил парень, скрестив руки на груди и наблюдая за мной, прищурившись. — Занимаемся сексом прямо на этом столе?

Романов кивнул головой, указывая на обеденный стол. Я проследила за его движением с ужасом в глазах.

— О Боже, да! — меня отпустило оцепенение, и я подскочила к Алексу, прикрывая его рот ладонью. — Говори тише, Алекс! Здесь отличная слышимость! Конечно, он мог нас увидеть! Если бы я знала, делала бы это с тобой только в спальне!

Романов сверкнул глазами и рассмеялся, запрокидывая голову и сбрасывая тем самым мою руку со своего лица.

— Чего смешного? — возмутилась, взмахнув руками.

— Ты, — ответил Алекс, взглянув на меня, — шипишь, как кошка. Дикая кошка Маша.

И Алекс коротко поцеловал меня. Его спокойствие не передалось мне. Я всё ещё была в ужасе от перспективы быть замеченной за прелюбодеяниями на кухонном столе. И на диване в гостиной. Или на стиральной машине, на полу в прихожей, на подоконнике… Господи! Есть в этом доме место, где Романов ещё не трахал меня?

— Успокойся, Маша, — сказал Алекс, заглядывая мне в глаза. — Отец всегда предупреждает о своих визитах. Поверь, он совсем не желает стать свидетелем нашим сексуальных утех.

Я шумно выдохнула и прижала руку к груди, успокаивая сердце.

— Ты засранец, Романов. Почему не сказал, что он придёт? Я бы хоть оделась.

— Вот иди и оденься, — ответил парень, слегка подталкивая меня в спину, — и приходи в гостиную. Я буду там.

— Нет, Романов, — я ткнула пальцем в грудь Алекса, — ты пойдёшь со мной и наденешь футболку.

Он улыбнулся и кивнул, соглашаясь со мной.

Через минуту мы вместе вошли в гостиную. Отец Алекса стоял у окна, сцепив руки за спиной, и смотрел в одну точку, явно думая о чём-то не очень приятном.

— Чем обязан раннему субботнему визиту? — спросил Алекс, привлекая внимание родителя.

Мужчина повернулся и уставился на меня. Он сканировал меня взглядом таких же чёрных, как у Алекса, глаз, и мне стало неловко.

Я переступила с ноги на ногу, и Романов, взяв за руку, повёл меня к дивану, заканчивая этим осмотр.

— Здравствуйте, — проявила вежливость, усаживаясь на диван рядом с Александром.

— Привет, — ответил мужчина, — ты у нас…

— Это Маша, папа, — вместо меня ответил Алекс.

Что ж. Романов явно не посвящал отца в наши отношения. Ничего. Я ведь своему тоже ничего не говорила. И всё равно немного неприятно стало. Обидно. Я постаралась прогнать непрошенные эмоции и поёрзала на диване, усаживаясь удобнее.

В глазах мужчины вместо полного безразличия появился интерес. Он посмотрел на Алекса, затем на меня и кивнул каким-то своим мыслям.

— Андрей Алексеевич, — мужчина представился и потерял ко мне всякий интерес, продолжив: — Появились некоторые проблемы. Пока не буду посвящать тебя, сейчас попробую решить. Не планируй ничего на вечер. Возможно, ты будешь мне нужен. Я позвоню.

И мужчина двинулся в сторону выхода из комнаты, но у дверей замер. Задумался о чём-то на долю секунды, а потом повернулся и сказал:

— А впрочем, в любом случае встретимся вечером. В Эсперанто в семь. Жду обоих.

Как только входная дверь хлопнула, Алекс ожил.