Оскар пронёсся к двери, открыл её и исчез, прежде чем я успела ответить.

Я посмотрела на Тини.

— Ты снова кормил его сахаром?

Черепаха вновь фыркнула.

Я спустилась в столовую, которая была одной из самых больших комнат в особняке. Высокие, узкие окна от пола до потолка занимали всю заднюю стену. Через них открывался вид на тёмный хвойный лес, окружающий особняк. Из-за солнечного света, проникающего сквозь стекло, люстры сверкали ещё больше, чем обычно, а кристаллы бросали радужные узоры на чёрно-белые персидские ковры, покрывающие пол. Длинные столы, за каждым из которых могло бы разместиться более тридцати человек, стояли в центре комнаты, в то время как вдоль одной из стен было накрыто ещё несколько. На каждом из них возвышались горы яды.

Я направилась прямо к шведскому столу, желая взглянуть на то, что пикси приготовили сегодня вечером. Их превосходная домашняя еда была одним из больших преимуществ жизни в особняке Синклеров. Сегодняшнее меню было одним из моих любимых: стейк на гриле, картофельное пюре с хреном и свежий летний салат из спелых помидор, хрустящих огурцов и острого красного лука, которые пикси сами выращивали в зелёной лаборатории. Я положила на тарелку побольше стейка, картофеля и салата, а также фаршированные сыром горгонзолой, завёрнутые в бекон финики — это было моё самое любимое блюдо. Бекон всегда всё делал лучше.

К шведскому столу вразвалочку подошёл парень.

— Не собираешься оставить что-то для других?

Я крепче ухватилась за щипцы, которыми как раз накладывала финики.

— Вэнс.

— Лайла.

Вэнс Грувс был одним из лучших охранников среди Синклеров. У него был талант скорости и силы. Ему было двадцать, и он служил семье уже несколько лет. Вэнс патрулировал на Главной Аллее, и он был одним из немногих охранников, которым действительно нравилось щеголять в дурацком чёрном плаще и мушкетёрской шляпе с перьями. И то, и другое было одето на нём даже сейчас. Он считал, что благодаря средневековому костюму он выглядит мужественно, и он был абсолютно прав. С его золотистыми волосами и голубыми глазами Вэнс был по-настоящему красив и ужасно этим гордился. Он постоянно позировал хихикающим девушкам-туристкам для фотографий, а потом подсовывал им свой номер телефона.

Кроме того, Вэнс считал себя лучшим бойцом в семье, что я неоднократно опровергала, каждый раз разоружая его, когда мы вступали друг с другом в бой. Вэнсу не нравилось, когда кто-то одерживал над ним победу, особенно такой новичок, как я, и он при любой возможности старался изо всех сил меня донять.

Вэнс насмешливо посмотрел на меня, выхватил из руки щипцы и начал накладывать финики в беконе в свою тарелку.

— Я бы не советовала.

Его голубые глаза сузились.

— Почему?

— Ты забыл, что следишь за весом? — мой голос был невероятно дружелюбным, но в то же время я говорила достаточно громко, чтобы все вокруг могли нас слышать. — Молодец, что пытаешься избавиться от пуза. Учитывая то, что у тебя уже появляются залысины. Ну да ладно, шляпа хорошо их скрывает, верно?

Глаза Вэнса от гнева чуть не вылезли из орбит. Он открыл рот, но с губ слетел лишь бессмысленный лепет.

Я сладко ему улыбнулась, отобрала щипцы и положила оставшиеся финики на свою тарелку, зная, что ему придётся ждать, пока пикси принесут другой поднос.

Затем сунула щипцы ему в грудь.

— Ещё увидимся, Вэнс.

Его пальцы обхватили металл, словно он хотел огреть меня щипцами по голове, но я уже взяла стакан сладкого чая со льдом и зашагала прочь.

Я выбросила Вэнса из головы и понесла еду к столу, за которым уже сидели Девон и Феликс, вместе с высоким мускулистым мужчиной с ониксовой кожей и чёрными волосами, усыпанными серебряными нитями. Оскар резвился с несколькими другими пикси за столом возле окон.

На Девоне и Феликсе, как и на мне, тоже были одеты красивые рубашки и чёрные брюки, а вот мужчина — это совсем другая история. Он был облачён в белые льняные штаны и лимонно-зелёную гавайскую рубашку с вулканами, извергающими алую лаву. Яркая комбинация зелёного и красного, делали его самым красочным пунктом во всей комнате. На ногах у него были белые шлёпанцы, а на спинке стула весела белая соломенная шляпа.

Мо Камински, мой друг и скупщик краденного, посмотрел на меня, когда я выдвинула стул и села рядом с ним.

— Итак, малышка, что у тебя сегодня для меня есть?

Я полезла в карман и вытащив небольшую каменную статуэтку волка Фенрира, которую стащила по дороге в столовую, поставила её на стол.

— А у тебя?

Мо ухмыльнулся, сунул руку в один из своих карманов и вытащил хрустальный пресс-папье в форме древесного тролля.

Я улыбнулась в ответ.

— Милый.

Феликс посмотрел на статуэтку и пресс-папье.

— Хм, разве эти вещи не должны стоять в одной из гостиной на первом этаже? Ребята, вам ещё не надоело воровать?

Мы с Мо переглянулись и улыбнулись ещё шире.

— С чего бы, — сказали мы в унисон.

Каждый день мы с Мо крали где-нибудь в особняке какую-нибудь безделушку, а затем приносили на ужин, чтобы, так сказать, полюбоваться добычей. На прошлой неделе мы оба решили стащить из библиотеки серебряные подставки для книг. Он одну, я другую. Конечно, на самом деле мы не воровали эти предметы, поскольку оба официально работали на семью. Будь это так, Мо брал бы ворованные вещи в Раззл Даззл, свой ломбард, чтобы либо продать их сомнительным знакомым, либо навязать нечего не подозревающим туристам за цену, которая вдвое превышала их подлинную стоимость.