Она продолжала смотреть на Феликса, и он поднял на неё взгляд, в то время как все мы от неловкости переминались с ноги на ногу.

— Что ж, тогда, думаю, больше сказать нечего, — натянуто промолвила Катя. — До скорого.

— Катя, подожди… — крикнул Феликс ей вслед, но она проигнорировала его.

Катя быстрым шагом покинула наш стол. Она бросила взгляд в сторону деревьев, но потом её окликнул Вэнс. Посмотрев на Вэнса, она перевела взгляд на Феликса. Мгновение спустя она, расправив плечи, направилась к столу, за которым сидел Вэнс со своими друзьями.

Вэнс встал, снял шляпу и крутанул плащом так же грациозно, как и во время турнира. Он был единственным человеком на всём пляже, кто не удосужился снять мушкетёрский наряд, состоящий из шляпы, плаща и сапог. Он схватил Катю за руку и поцеловал костяшки её пальцев, всё ещё разыгрывая из себя рыцаря. Затем он выпрямился, улыбнулся и начал ей что-то втирать. Что бы он ни сказал, это заставило Катю рассмеяться, однако в этом звуке слышались обида и фальшь.

Мы втроём посмотрели на Феликса.

— Отличная работа, Ромео, — съязвила я. — Ты и в самом деле был самой деликатностью.

Феликс вздохнул.

— Я не хотел причинять ей боль. В самом деле, не хотел.

— Знаю, — сказала я немного мягче. — Но всё равно причинил.

Он посмотрел на Катю, которая между тем оставила Вэнса стоять, а сама направились в сторону леса.

— Может стоит за ней пойти? Попытаться всё объяснить?

Поппи покачала головой.

— Может быть позже… гораздо позже. Прямо сейчас она, вероятно, хочет побыть одна. Во всяком случае, так чувствовала бы себя я.

Феликс уставился на деревья, среди которых исчезла Катя.

— Да, вероятно, ты права.

Девон положил руку на плечо Феликса.

— Давайте поиграем в волейбол или другую игру. Дай Кате время остыть. Я уверен, через день или два она будет в порядке. Может даже найдёт себе кого-то ещё, прежде чем уедет из города. Так или иначе, Вэнс, похоже, очень заинтересован.

— Да. Наверное, ты прав.

Тем не менее Феликс ещё несколько секунд продолжал смотреть в сторону леса, прежде чем позволил Девону увести себя.

Несмотря на неловкую ситуацию с Катей, мы, вчетвером, спустились к пляжу, взяли мяч и сетку и начали дружескую игру. Девон и Феликс против меня и Поппи.

Я подпрыгнула, чтобы принять мяч. Девон надеялся, что он пролетит над моей головой, но я отбила его, послав за сетку. Феликс бросился за мечом, но его усилия принесли ему только целый рот писка.

— Ха! — воскликнула я, сжимая руки в кулаки. — Очко! Мы выигрываем!

Мы с Поппи улыбнулись и дали друг другу пять. Хорошо, хорошо, возможно, игра всё-таки была не совсем дружеской. Или это просто я была слишком честолюбивой. Да, определённо, должно быть, дело во мне.

Феликс встал и стряхнул белый песок с шорт, цвета хаки.

— Тебе обязательно было бить мячом прямо мне в лицо?

— Нет, — ответила я. — Это был просто дополнительный бонус.

Он кисло на меня посмотрел, но потом мы все рассмеялись, включая Феликса.

К тому времени, как мы закончили второй матч, в котором мы с Поппи вновь одержали победу, было уже восемь вечера, и солнце медленно опускалось за горы. Пикси проносились над писком и разжигали на пляже костры. Оранжево-красное пламя вспыхивало в сумеречном небе, отгоняя самые страшные тени.

Когда пикси закончили с кострами, они во второй раз пронеслись вдоль пляжа, на этот раз, чтобы раздать шоколад, зефир и крекеры, из которых мы могли приготовить сэндвичи. Девон взял несколько металлических шампуров и надел на них зефир, в то время как Феликс сложил вместе шоколадные плитки и крекеры.

— Не делай его слишком коричневым, — попросила Поппи. — Я хочу ощущать вкус зефира, а не сожжённой слизи.

— Да, мэм, — ответил Девон, отдав честь шампуром, полным зефира. — Слегка поджаренный зефир будет сейчас готов.

Он несколько секунд подержал белое лакомство над огнём, а потом мы все набили себе живот шоколадными сандвичами с зефиром. Хрустящий крекер, плавленый шоколад, липкий зефир. Как вкусно.

Поппи ушла, чтобы поговорить с другими знакомыми, Феликс последовал за ней. Таким образом возле костра остались мы с Девоном вдвоём. Хотя сегодня днём было почти тридцать градусов, здесь, у озера, когда солнце полностью зашло, стало прохладно. И я заметила, что дрожу от холода.

— Держи, — пробормотал Девон. — Может, это поможет.