Лизетта натянула дежурную улыбку, но глаза смотрели настороженно, когда она указывала ему на стул.

Слава Богу, он принял это приглашение, а не навис над ней всей своей темной громадой.

Ей даже стало немного легче. Все-таки лучше, чем ждать, балансируя между гневом, страхом и болью.

— Документация, касающаяся вашей собственности в Тураке, будет вам представлена в ближайшие дни, — произнесла она.

Джейк хмуро взглянул на нее, как бы ощупывая худенькую фигурку, и ответил:

— Я не за этим здесь.

Лизетта опустила глаза.

— К сожалению, я не могу заниматься личными делами в рабочее время.

— Личными делами? — переспросил он, открыто насмехаясь над ее жалкими потугами на деловитость и канцелярской речью.

Нахлынувшее воспоминание о том, как она лежала в его объятиях и умоляла подарить ей немыслимое блаженство, заставило ее вспыхнуть до корней волос. Она посмотрела на часы, затем, приподняв брови, обдала его холодом своего взгляда.

— Да. Повторяю, здесь не место и не время.

В его темных глазах что-то пугающе сверкнуло.

— Что ж, назовите место и время.

— Не считаю нужным! — В Лизетту словно бес какой-то вселился, она была готова говорить самую несусветную чушь, лишь бы ему наперекор.

— Тогда я назову.

Ну почему бы им в самом деле не встретиться и не поговорить спокойно, без вражды? Она сама не знала, что мешает ей пойти на это.

— Думаю, нам лучше вообще не встречаться! — выпалила она.

Два темных отшлифованных агата метали отравленные стрелы прямо в ее сердце.

— Вот такими же зверскими приемами вы обработали и моего отца?

От этих слов кровь отхлынула от ее щек, глаза распахнулись и набухли слезами.

Она, окаменев, смотрела на него, пока не собрала последние силы и не встала из-за стола. На негнущихся ногах подошла к двери, открыла се и повернулась к нему.

— Прошу прощения, у меня много работы.

— Документы нужны мне через час, — жестко отозвался он.

— Вы их получите, — пообещала Лизетта, а про себя добавила: «Но только не из моих рук».

Джейк молча прошел мимо нее раскованной, вальяжной походкой.

Лизетта тихо затворила за ним дверь и прислонилась к ней. Ну вот и все, такое впечатление, что она уже больше ничего не чувствует.

Она не ведала, сколько времени так простояла; чересчур громкий звонок вернул ее к действительности. Лизетта подошла к столу, взяла трубку. Разговор занял пять минут, машинально отметила она, взглянув на часы, а кажется, что пять часов. Лизетта вышла из офиса, прихватив портфель и сумку с вещами. Она выбралась на машине за черту города и бездумно погнала вперед, просто наматывая мили, отделявшие ее от человека, который ворвался в ее жизнь и перевернул все вверх дном.

Через час она подъехала к бензоколонке и, пока ей заучивали бак, позвонила в два места. Сначала матери. Та молча, с пониманием выслушала и только напоследок попросила звонить и быть осторожной.

Лейт Андерсен оказался не столь понятлив. Но и он нехотя согласился предоставить ей отпуск, когда Лизетта пригрозила, что в противном случае уволится.

Не желая возвращаться в свою квартиру, она провела ночь в отеле, а наутро заскочила домой, покидала в чемодан вещи и первым же рейсом вылетела на тропический остров у северного побережья Австралии. Там она рассчитывала отдохнуть, прийти в чувство и выбросить из головы и из сердца Джейка Холлингсуорта.

Это был настоящий райский уголок, излюбленное место для туристов, с экзотической природой и богатым выбором развлечений.

Лизетта вставала рано и, накинув поверх бикини короткий пляжный халат, совершала долгие прогулки вдоль берега. Иногда ныряла в холодное прозрачное море или плавала в бассейне, а потом заказывала завтрак в номер. Почти целый день проводила под солнцем в шезлонге, листая журналы или углубившись в книгу.

Ужин она тоже заказывала в номер, предпочитая одиночество шумному обществу отдыхающих.

Люди прибывали и отбывали — на вертолете или на катере. За несколько дней Лизетта привыкла к шуму моторов и уже не отрывала глаза от книги, чтобы поглядеть на новые лица.

Так не привлек ее внимания и садящийся на площадке вертолет спустя неделю после ее приезда. Но какое-то недоброе предчувствие все же кольнуло ее; несмотря на теплое тропическое солнце, по телу пробежал холодок.

Воображение разыгралось, подумала она, уткнувшись в книгу, которая почему-то перестала ее занимать. Спустя несколько минут Лизетта закинула руки за голову и прикрыла глаза. Солнечные лучи нежно убаюкивали и согревали.