– Тамъ, тамъ было еще хуже. Если здсь скотство, покорное и смирившееся (ибо сбросивъ цпи плоти, они не сбросили цпи духовныя: они возстали плотью на плоть, но духъ ихъ скованъ, какъ и прежде, ибо въ нихъ нтъ духа), то тамъ – адъ. Если здсь Жизнь претворилась въ торжище, то тамъ она помои огненные. О усталое многохраброе мое сердце, скоро, скоро вернешься ты въ землю обтованную: въ небесную обитель. О, нестерпимо, нестерпимо, Отче, всеведающій, неузрнный, неизглаголанный, яви, яви Свты всепронзающіе; ниспошли мн силу величайшую сообразно твоему величеству. Ибо нтъ силъ, нтъ силъ для вящаго.

Единственное, что удерживало М., съ позволенія сказать, здсь, былъ онъ самъ, его любовь не къ себ, но къ своему Я, первому изъ рожденныхъ Я на свт, самоуваженіе и нкоего рода любопытство, ничего общаго съ любопытствомъ базарной бабы не имющее: ему было важно для себя вдать: что возможетъ онъ содять, что ему по плечу, а что выше силъ его.

Стремительно шелъ онъ, ржа пространства окрестныя. Быстро добрался онъ до тхъ мстъ, съ коихъ можно наблюдать ширь морскую сверху. Но пло море: волнами: «Безъ-вре-ме-нье!». Словно въ теченіи времени не отражалась Вчность бол. Словно время боле не было влекомо судьбою – ни къ концу своему, ни къ началу. Словно лазурь стала отнын бездомною.

И глядлъ М. на гору; въ снжное убранство одянная на вершинахъ своихъ, была она слпительно-блою, яко Солнце; прорзали верхи ея облаки темные, иные черные; и были т облаки – какъ надгробья: прежняго міра; и слышенъ былъ далекій громъ. – И казалося М., что нын, нын уже началася брань межъ Добромъ и Зломъ, между горячо любимыми имъ Небесами и презрнною Землею. Чуялъ онъ сердцемъ дыханье надвигающагося; надвигающееся пылаетъ огнемъ, но огнь – огнь зорь: зорь новаго, небывалаго; но сіе новое, небывалое – кто знаетъ? – просверки, всполохи тамошняго. Но вскор ему думалось иное: «Едва ль она, сча, окончится, ибо всё по кругу незримому шло, идетъ и будетъ идти: и Время, и Судьба, злыя, крутятъ Колесо Бытія, и мрный его ходъ поглощаетъ всё – часъ за часомъ, день за днемъ, годъ за годомъ: безслдно годины ниспадаютъ въ рку забвенья, безслдно и мрно».

Мрно билися волны о брегъ, осіянный мрвшимъ Свтиломъ, пустынный, раскаленный, – да такъ, что аэры надъ нимъ словно метались въ огнедышащемъ удушь и мерцали подрагивая. М. подумалось, что Солнце, заливающее всё вокругъ, использовало море въ своихъ цляхъ, а Солнце – въ свою очередь – использовалось Нкимъ Безымяннымъ, отъ Коего всё, всё зависитъ, рабствуя непробудно, незакатно. Небеса, Свтило, ширь морская и брегъ – и ничего боле! – застилало очи, ихъ слпя: Вчность дольняя, и въ самомъ дл мрная отъ вка, взирала на М. Мрность прорзалъ суетливый, хаотическій летъ чаекъ и прочихъ птицъ прибрежныхъ, обогащая описанное словно измреньемъ новымъ.

Пыланье аэровъ принуждало не стоять на мст и – пасть въ лоно моря, въ лазурную нгу водъ, въ вчно-колеблемую пустыню, казавшуюся междумiрьемъ…Ему подумалось тогда: «Море – загробное царство, и нтъ здсь мнимо-живыхъ; пнье его – словно шопотъ горней моей любви». И се – стремглавъ несся онъ въ низины, ведущія къ брегу морскому, и палъ онъ въ плоть морскую. И услышалъ онъ пснь немстную, далекую – какъ Солнце, но вмст съ тмъ и близкую, могущую быть исполненной лишь однимъ человкомъ. И душа его дышала пснью, и стала душа пснею. И возликовалъ М. въ сердц своемъ. Втры билися о многомощную его плоть, но, біясь объ нее, ее не проницали. М. возгласилъ:

– Я люблю васъ, втры, приходящіе изъ морей, люблю, когда вы нашептываете мн: «Ты – Иной». Благодаря вамъ я лишь ярче разгораюсь; мн подобаетъ свтить ярко, либо же не быть вовсе. Въ мигъ сей я не опасаюсь въ сердц своемъ разъяренной злости Судьбы, яри ея и когтей.

И, поднявшись вновь на гору, сквозь терніи – къ не казавшимъ еще себя звздамъ, всё дале и дале отъ рода людского, отъ шумовъ и суетъ, поднявши главу къ Солнцу, М. возгласилъ, глядя на разстилающіяся внизу пространства, словно бытующія подъ пятою его, словно поверженныя:

– Къ закату сего дня…Солнце на Запад зайдетъ, какъ и во всякій иной день, и се – заступитъ Нощь…И въ нощи пребываетъ міръ, покамстъ не узритъ Свтъ, имющій придти съ Востока. Азъ есмь тотъ свтъ…

Конец ознакомительного фрагмента.