На матовой крышке инкрустированного золотом столика из красного дерева стоял серебряный поднос с чаем, супом, бисквитом, порезанными грушами и хлебом. Еда напомнила Ричарду, что у него со вчерашнего полудня не было во рту маковой росинки, но аппетита не вызвала.

Три женщины в серых платьях с белыми кружевными воротничками и такими же манжетами выжидательно смотрели на Ричарда, будто хотели увидеть, осмелится ли он пойти к Матери-Исповеднице или устроит другую скандальную выходку.

Ричард бросил взгляд на дверь в дальней стене гостиной и поинтересовался:

— Она одета?

Служанка, которая открыла ему дверь, покраснела.

— Иначе я бы не впустила вас, сир.

— Ну, разумеется. — Он сделал несколько бесшумных шагов по толстому ковру и остановился. Женщины смотрели на него, как три совы.

— Благодарю вас, дамы. Вы свободны.

Поклонившись, они с большой неохотой удалились. Одна из них оглянулась у двери. Ричард понял, что они считают верхом неблагопристойности, когда обрученные мужчина и женщина остаются наедине в ее спальне. А для Матери-Исповедницы это вдвойне непристойно.

Ричард раздраженно вздохнул. Стоило ему появиться возле покоев Матери-Исповедницы, каждую минуту появлялся кто-то из прислуги узнать, не требуется ли ей что-нибудь. Многообразие вещей, в которых она, по их мнению, могла ежеминутно нуждаться, не переставало его удивлять. Иногда он думал, не спросит ли кто-нибудь из слуг прямо — не нуждается ли она в защите ее добродетели? За пределами ее покоев служанки были вежливы и порой даже шутили с Ричардом, когда он их успокаивал или помогал поднести тяжелые вещи. Во дворце его боялись очень немногие. Но в покоях Матери-Исповедницы они все как одна превращались в орлиц, защищающих свое гнездо.

В спальне возле отделанной панелями стены стояла широченная кровать с толстыми темными столбиками, похожими на колонны перед дворцом. Толстое вышитое покрывало стекало с нее как застывший радужный водопад. Солнечный луч рассекал темный дорогой ковер и освещал нижнюю половину кровати.

Ричард помнил, как Кэлен описывала ему эту кровать, как говорила, что ей не терпится завлечь его туда, когда они поженятся. Ему тоже этого очень хотелось. С той ночи между мирами прошло уже много времени. Но он вынужден был признаться, что эта кровать его несколько смущает. Он опасался, что может легко ее там потерять, несмотря на все заверения Кэлен, что ему это не грозит.

Кэлен стояла перед зеркальными дверьми, ведущими на широкий балкон, и смотрела на возвышающийся в горах замок Волшебника. При виде возлюбленной, облаченной в белое атласное платье, мягко облегающее ее точеную фигурку, у Ричарда перехватило дыхание. Он хотел ее до боли. И решил, что, пожалуй, кровать не такая уж страшная.

Когда он коснулся ее плеча, Кэлен вздрогнула.

Повернувшись, она расцвела в лучезарной улыбке.

— Я думала, это Нэнси вернулась.

— Почему ты подумала, что это Нэнси? Разве ты не знала, что это я?

— Откуда я могла это знать?

— Откуда? — Ричард пожал плечами. — Я всегда знаю, когда ты входишь. Мне не надо видеть.

Она недоверчиво нахмурила брови.

— Ты шутишь.

— Ничуть.

— Как же это у тебя получается?

— У тебя особенный запах. И я знаю шум твоего дыхания, звук твоих шагов, шорох платья. Ошибиться нельзя.

Она нахмурилась сильнее.

— Ты серьезно?

— Конечно. А ты разве не можешь узнать меня по звуку шагов?

— Нет. Но ведь ты жил в лесу, наблюдая, принюхиваясь, прислушиваясь. — Она обняла его здоровой рукой. — И все-таки я не верю.

— Так проверь как-нибудь. — Ричард провел рукой по ее волосам. — Как ты себя чувствуешь? Как рука?

— Все в порядке. Когда Тоффалар ранил меня, было гораздо хуже. Помнишь?

Ричард кивнул.

— А почему ты не в кровати? Тебе было велено отдыхать.

— Прекрати! — Кэлен шутливо ткнула его в живот кулачком. — Я здорова. — Она оглядела Ричарда с ног до головы. — А ты выглядишь великолепно. Поверить не могу, что ты сделал это ради меня. Вы настоящий властитель, магистр Рал!

Ричард нежно коснулся губами ее губ. Кэлен сделала попытку превратить поцелуй в более чувственный, но он отодвинулся.

— Я боюсь сделать тебе больно.

— Ричард, я совершенно здорова! Просто я была измотана, потому что прибегла к своей магии, а из-за этого все решили, что я пострадала больше, чем есть на самом деле.

Ричард долго смотрел на нее, прежде чем наградить ее тем поцелуем, которого она добивалась.

— Давно бы так! — выдохнула Кэлен и чуть отстранилась. — Ричард, ты видел Кару? Ты ушел так быстро и у тебя были такие глаза… Я не успела толком с тобой поговорить. Кара не виновата.