– Нет, - отвечаю я, отчасти потому, что зависимость от другого человека - сумасшествие, а отчасти потому, что не думаю, что могу сравнить это с зависимостью от кокаина.

– Это постоянная борьба. Я имею в виду, почему нужно отказываться от того, что заставляет тебя чувствовать себя потрясающе? Как найти силу воли, чтобы оставаться несчастной, когда с помощью наркотиков счастье так легко достижимо?
– Я её понимаю. Ведь я использовала секс в этих же целях. Может, у меня тоже наркомания?
– Для тебя всё по-другому. У тебя прекрасная блестящая жизнь, что-то, за что стоит сражаться. У меня никогда ничего не было.
– Забавно, как люди иногда воспринимают вещи.

Хотя, в каком-то смысле она права. Я осуждаю её за наркотическую зависимость. Не могу поверить, что она принимала их, будучи беременной, но я не знаю её. Не была в её шкуре и не жила её жизнью. Я знаю, что сделала бы я, но она не я.

– Ты права, Кэсси, но ты не должна просто принимать свою жизнь такой, какая она есть сейчас. Не должна мириться с тем, что ты наркоманка, стриптизёрша и мать-одиночка, у которой нет ни друзей, ни близких. Ты можешь изменить свою жизнь в любой момент, если захочешь. Жизнь — это то, что ты делаешь. Никто никому ничего не должен. В жизни ты получаешь только то, что заслуживаешь и за что готов бороться.
– Она ничего не говорит.
– И тебе есть за что бороться. За ребёнка.
– Она отводит виноватый взгляд.
– Я понимаю, что всё обернулось не так, как ты этого хотела, но ребёнок это, в любом случае, хорошо.
– Я слабо улыбаюсь. Она молчит.
– Послушай. Я понимаю, что сейчас ты не совсем в том состоянии, чтобы мыслить ясно, но ты должна подумать об этом.

Она кивает. Какое-то время мы просто разговариваем. Я пытаюсь немного узнать о ней, но там не так уж много, о чём нужно знать. Жестокий отец. Сбежала из дома в шестнадцать лет. Наркотики, секс, стриптиз. Это печальная, но очень распространённая история.

– У меня никого нет, - тихо говорит она, когда заканчивает свою историю.

– Послушай, я знаю, что это странно для нас обеих, но я помогу тебе, хорошо? Если тебе понадобится что-нибудь, позвони мне.

– Спасибо, - шепчет она. Я встаю и надеваю пальто. Её глаза следуют за мной, когда я поднимаюсь.

– Почему? Почему ты это делаешь?
– спрашивает она.

Я печально улыбаюсь.

– Когда меня нужно было спасти, кое-кто ради меня рискнул всем.

– Кто?

– Мой брат, - выдыхаю я.

Её губы изгибаются в лёгкой улыбке, на щеках появляются ямочки.

– Похоже, что он хороший человек.

– Лучший, - шепчу я.

– У меня такого человека никогда не было, - тихо говорит она.

Я киваю.

– Да, понимаю. Возможно, я и не самый лучший кандидат, но я, видимо, всё, что есть у тебя сейчас.

Она опускает голову, её волосы падают вперёд и скрывают черты лица.

– Тео ненавидит меня, - говорит она с убеждённостью.

Я вздыхаю. Что я должна на это ответить?

– Тео... В конце концов, он придёт в себя. Я знаю его. Он никогда не откажется от этого ребенка.
– Мне хочется в это верить.

Она поднимает глаза и встречается со мной взглядом.

– Ты всё ещё любишь его.
– Конечно, я люблю его. В её глазах стоит такая печаль, что я вынуждена прикусить язык. Мне нужно быть честной. Нужно сказать ей, что Тео и я вместе, и всё же не могу. Она может заблуждаться и быть неразумной в своих чувствах по отношению к Тео, но иногда ты ничего не можешь с этим поделать. Она влюблена в него. У неё взбунтовавшиеся гормоны, и она проходит реабилитацию от серьёзной наркозависимости. Сейчас не время.

– Кэсси, я приеду на следующей неделе.
– Я не жду ответа и ухожу тем же путём, каким и пришла. Увидеть её было непросто, но мне становится легче, как будто встреча с ней делает меня более сильным человеком. Как хорошо чувствовать себя сильной ради кого-то ещё. Забавно, что раньше никогда не делала этого для кого-то другого.

Я возвращаюсь в машину и проверяю свой телефон. Там три пропущенных звонка от Тео. Вздыхаю и выезжаю с парковки, следуя к его дому самым коротким маршрутом. Нам нужно поговорить. Такое ощущение, что в моей черепной коробке поселился рой пчёл. Слишком много мыслей, вопросов и сомнений вихрем проносятся в голове. Я чувствую, что игра полностью изменилась, и я больше не знаю правил. У нас с Тео всегда были сложные отношения. И никогда не было полного взаимопонимания. Я всегда держала его на расстоянии вытянутой руки, никогда не позволяя ему подойти вплотную. Однако теперь я не просто позволила ему приблизиться - я впустила его. Он видит меня такой, какая я есть на самом деле. Смогут ли два человека, у которых были в основном сексуальные отношения, пройти через все эти испытания? Чёрт, после того, что я ему рассказала, он, возможно, вообще больше не захочет меня. Во мне растёт неуверенность, и я чувствую физическую боль. Пришло время взглянуть в лицо последствиям. Как хотела бы я использовать свою броню, но её разнесло в клочья, она разрушена и теперь полностью бесполезна.

ГЛАВА 4

ТЕО

Я на кухне пытаюсь на самом деле приготовить еду, когда слышу, как внизу закрывается дверь, и раздаётся стук каблуков по деревянному полу. Лилли нужно совсем немного времени, чтобы подняться наверх.

– Привет, - говорит она, когда поднимается по последним ступенькам.

Я прищуриваюсь.

– Где ты была?

Её лицо становится непроницаемым.

– Я ездила в полицейский участок, а затем договорилась встретиться с Молли. Что случилось?
– Она подходит к барной стойке. Я встречаю ее насторожённый взгляд через огромную мраморную плиту.

– Я пытался дозвониться до тебя, а затем позвонил Молли, которая сказала, что вы расстались с ней два часа назад.

Она поворачивается ко мне с ожесточённым выражением лица.

– Господи, Тео, ты кто? Мой сторож? Мы снова сошлись пять минут назад, а ты уже ведёшь себя так, как будто владеешь мной.

Я прекращаю резать овощи и смотрю на неё.

– Что за х*ня? Я беспокоился за тебя.

– Ну, что ж, мне не нужно твоё беспокойство, - огрызается она.

– О-о-о нет, ты не будешь делать это снова.