— А вот тут поподробнее, можешь? — спросила я, находясь в неком восторге, столько раз едва не погибла, и он был замешан в этом.

— А что подробнее-то? Я следил за тобой, намерено изматывал, подкидывал незначительные улики против отца, прекрасно зная, что ты охотилась именно за ними, но когда нужно было доложить об этом, понял, что не смогу этого сделать. Ты оказалась слишком простой и доброй, что заставило меня сомневаться, точно ли ты из отряда киллеров. Когда начал искать на тебя информацию, из настоящего нашел только дату рождения, хотя обычно я силен в находках.

— Жаль тебя разочаровывать, да вот только я не из отряда киллеров, — разваливаясь на кровати и лениво потягиваясь, оповестила я, — информацию, признаю, искала, но это была единственная моя задача, и кстати, первая. Правда, и последняя, сто процентов.

— Хех, да какая теперь разница, — парень прилег рядом, смотря на меня, — я уверен, что ненадолго продлил тебе жизнь.

— Спасибо, оптимистичный прогноз.

— Нуна, я правда не знаю, как можно тебе помочь. Если попытаемся сбежать — тебе потом очень плохо придется.

— Предлагаешь мне сидеть здесь, и покорно ждать своей участи? Ты же мне поэтому рассказал все это, да? Что бы облегчить душу, и дать понять, что живой я отсюда не выйду, верно? — смотря в потолок, истерически хмыкнула я, все больше теряя надежду на спасение.

— Прости, нуна, — тихо прошептал Чонгук.

— Да пошел ты, — фыркнула и отвернулась к нему спиной. Лежали мы так около получаса, в полной тишине. Мне надоело так лежать, и я перевернулась на другой бок. Чонгук уже спал, но его лицо выражало беспокойство, тело было каким-то напряженным, и на лбу виднелись капельки пота. Видимо, его действительно мучают кошмары. Сжалившись над ребенком, я приблизилась и обняла парня, отчего он как-то быстро расслабился и вроде успокоился. Поглаживая брюнета по голове, успокаивая, переваривала всю полученную сегодня информацию, ее было слишком много для одного дня и для моей головы. Обдумывая какую-то очередную ситуацию, не заметила как уснула.

Меня разбудила жуткая боль внизу живота, то ноющая и тупая, то резкая и острая как игла. Свернувшись клубочком, рефлекторно сжимала руки у живота, закусывая губу, дабы не издать ни звука, но с очередным спазмом не выдержала и застонала, начав сминать покрывало кровати одной рукой. Дышать из-за боли становилось проблематично, а боль все усиливалась, сводя с ума.

— Нуна, что-то случилось? — сонно пробормотал Чонгук, раскинувшись где-то на другом конце кровати.

— Больно, — уже вся в холодном поту, прошептала я, куда-то постепенно отдаляясь от реальности, — мне очень больно, — практически одними губами сказала я, стремительно теряя силы, разве что продолжая рефлекторно сжиматься в клубочек, будто надеясь что мне это как-то поможет.

На время выпав из реальности, потеряла счет времени и абсолютно не понимала что происходило вокруг. Сознание лишь немного прояснилось, когда меня куда-то везли на каталке, надомной было несколько врачей, одна медсестра держала капельницу, и я даже уловила взволнованный взгляд Чонгука, едва поспевающего за быстрыми шагами врачей.

— Нуна, держись, все будет хорошо, еще немного, продержись, — все проговаривал он, но потом вдруг исчез, и вот я уже вижу большую лампу над собой, тело, будто не мое, я его попросту не ощущаю, лишь отдаленно чувствую ноющую боль где-то в животе. Мне надевают маску, что-то говорят, но я не разбираю ни слова, и постепенно начинаю засыпать.

Открыв глаза, понимаю, что я в больнице. Рядом сидит Чонгук, и заметив, что я открыла глаза, тут же вскакивает ко мне.

— Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Позвать врача? — едва подрагивающим от переживаний голосом, спрашивает парень.

— Да нет, вроде все нормально, — тихо отвечаю я, слабо улыбнувшись. На самом деле, просто еще не успела понять, как я себя вообще чувствую, — а что случилось?

— Ночью у тебя заболел живот, я вызвал скорую, думали аппендицит, но все обошлось.

— Вы уже пришли в себя? — в палату зашел врач, мужчина уже далеко не молодых лет, вполне доброжелательной внешности, и с приятным голосом, — могу Вас поздравить, все обошлось, Вы вовремя обратились к нам. Ваш брат всю ночь здесь просидел, — улыбнулся доктор, подойдя ко мне, и стал изучать показатели на приборах.

— Доктор, скажите, а что со мной было? — поинтересовалась я.

— Волноваться Вам меньше надо, голубушка, — сняв капельницу, усмехнулся доктор, — здоровье у Вас очень хорошее, но видимо сильные стрессы переносили в последнее время, так как была угроза срыва, но к счастью, все обошлось, поэтому можете не волноваться. Недельку только полежите у нас на сохранении, витаминчики попринимаете, отдохнете от стрессов. Но нервничать Вам теперь исключено, второй раз можем уже не спасти.

— Подождите, я немного не понимаю, какого срыва? — все недоумевала я.

— Как какого? Так Вы что, не знаете еще? У вас уже пятая неделя беременности!

— Вау, — удивилась я, все еще не воспринимая слова врача всерьез.

— Согласен, на этих сроках еще нет никаких проявлений, поэтому еще недели две, Вы возможно могли бы оставаться в неведении. Ну, я еще немного позже зайду, а медсестра скоро принесет таблетки, отдыхайте, — слегка поклонившись, врач ушел.

— Н-нуна, ты только не волнуйся, ладно? — попытался успокоить меня Чонгук. Но, все еще прибывая в шоковом состоянии, я не знала, плакать мне или радоваться.