— Сегодня нам сообщили, что самолет, упавший четыре дня назад, рейс: Сеул — Лос-Анджелес, был наконец поднят со дна океана, сейчас составляют список пассажиров. Как сообщают наши журналисты, которые в данный момент находятся на месте событий, удалось достать лишь несколько тел, и к сожалению, шансы найти выживших равны нулю.

— Чонгук, — нервно улыбнулась я, позвав парня, на что тот отозвался ленивым «м?», — представляешь, а я должна была лететь на этом самолете четыре дня назад.

— Это не смешно, я же уже сказал, что не отдам тебя отцу, — цокнул брюнет, выключив телевизор.

— Нет, помнишь, когда я сказала что далеко от Сеула? Так вот, я просто сбежала, не желая никуда лететь, — находясь в несколько шоковом состоянии, рассказала я, продолжая смотреть в телевизор пустым взглядом.

— Да ладно? — подскочил Чонгук, — так ты везунчик, нуна, — усмехнулся он.

— Но ведь столько людей погибло…

— Так, прекрати нервничать, или забыла, что тебе это категорически запрещено? Давай-ка лучше посмотрим какой-то мультик, тебе полезно.

— Собственно, в любом случае, от судьбы не уйти, — признала я, пытаясь смирится, но пока это плохо получалось.

— Я же сказал, что вытащу свою нуну! Пока что, в моих силах только задержать тебя здесь на месяц, но не уверен, что получится на больше. Отец приказал наблюдать за тобой днем и ночью, если не хочу что бы он забрал тебя.

— Лучше скажи, зачем я ему вообще нужна?

— Ну, как же, он терпеть не может шпионов, да и к тому же из отряда «Butterfly», — положив голову мне на колени, при этом сидя на полу, Чонгук прикрыл глаза, — я буду защищать тебя, нуна, до последнего.

— И плевать он хотел, что я не отношусь к этому отряду, верно? — в ответ парень утвердительно кивнул, продолжая лежать на моих коленях.

— Тебе не надоело здесь сидеть? Как же школа? — погладив его по голове, решила полюбопытствовать я.

— С нуной я вечность просидеть готов, — пробурчал парень, — а в школу не пойду, вдруг с тобой что-то случится?

— Не случится, не волнуйся, а вот тебе еще нужно образование получить.

— Еще недельку побуду, и пойду в школу, честно, — уже практически засыпая, пролепетал брюнет.

— Эх ты, спи уже, — вздохнула я, что с ним поделаешь. Мне и самой-то не хотелось бы оставаться одной, мало ли что этому Хонмину в голову взбредет. А мое образование… Сонджэ вроде говорил, что оформил академ-отпуск на меня, так как тогда я пропала, в действительности же находясь в больнице на тот момент.

Обещанный Чонгуком месяц прошел быстрее, чем я ожидала. К счастью, все оставалось по-прежнему: после школы мелкий приходит ко мне, приносит мне вкусняшки, каждый раз напрашивается на УЗИ, подарил парочку мягких игрушек, уже пытается общаться с моим животом, не смотря на мои протесты, Хонмин не заявляется, а охрана по-прежнему стоит у палаты. Несколько раз в неделю нам удается пройтись погулять где-то, но ясное дело, за нами якобы «незаметно» следят. От того что я не могу больше видеться с Хиро, хочется кричать, горько плакать и рвать душу в клочья, а ведь он даже не знает что станет отцом. Хотя, узнай он, принял бы или отрекся? Даже не знаю что думать. Да и зачем об этом думать? На УЗИ уже видны пальчики малыша, но живот еще не растет, если и увеличился — то совсем чуточку. Девятая неделя, как-никак.

И вот, в один из таких же обычных дней, я лежала на кровати и уминала фрукты, ведь кроме того что мне все-время хочется есть — больше дискомфорта не ощущаю. Ни тошноты, ни токсикоза, к счастью не наблюдалось. Зашел мой врач, и с улыбкой сообщил о выписке. Любая другая бы на моем месте обрадовалась, я же насторожилась, и не зря. Один из охранников приказал мне собирать вещи, чему я упорно не хотела повиноваться, однако угроза рукоприкладства меня быстро переубедила, поэтому пришлось собраться. Переодевшись в спортивный костюм, взяла небольшой рюкзак который мне уже на второй день принес Чонгук, и спрятав в него игрушки и прочие свои вещи, покорно пошла на выход из больницы. Решив схитрить, что мне нужно в уборную, на первом этаже удачно отделилась туда от охранников, но к сожалению, мой гениальный план побега рухнул с громким треском — окна не открывались. Попросив мобильный у зашедшей женщины, я набрала уже давно запомнившийся, и все еще оставшийся таким родным номер. После томительно долгих гудков, и с третьей попытки, на том конце соизволили ответить:

— Слушаю, — послышался уставший и одновременно ледяной, но настолько родной голос, что сердце забилось чаще, и казалось, что я готова расплакаться прямо сейчас, но нужно было взять себя в руки, и скорее сообщить то, что мне было нужно, ведь женщина уже недобро на меня поглядывала.

— Если ты действительно ко мне что-то чувствовал, сейчас же займись поисками Чонгука — сына Хонмина, и попроси его помочь тебе меня найти, пока не стало поздно, — решила так же холодным тоном отчеканить я, но вышло как-то не очень убедительно.

— Это кто? — немного помедлив, спросили на том конце.

— Ну, ты же умный, догадаешься. И не звони на этот номер, я одолжила его, — с этими словами положила трубку.

— Поругались с мужем? — с сочувствием спросила женщина, принимая из моих рук телефон.

— Да, Вы же знаете этих мужчин, навешают лапши, а мы ведёмся. Спасибо большое за телефон, можете считать, что спасли мне жизнь… возможно.

— Да не за что, берегите себя, и мужу не давайте на голову садится и мозги пудрить! — поучающе заключила она, прежде чем я вышла к охранникам. Даже боюсь подумать, что может со мной случится.