– Ты как, в порядке?
– спросил я Лену, что со слезами на глазах держалась за ногу.

– До свадьбы заживёт, - с некоторым трудом улыбнулась та.

– Ну если шутишь, то ничего серьёзного. Однако больницу посетить надо, мало ли что с ногой.

Вокруг нас начали собираться люди, пострадавшим оказывали помощь, отец появился, один, отвёл меня в сторону, поинтересовавшись что случилось:

– Малолетняя шантрапа напала, - пожал я плечами.
– Пострадала девочка, так что удары я сдерживать не стал и бил в полную силу, калеча.

– Ты понимаешь, что за это будет?!
– рассердился тот.

– Дай подумать, - я задумчиво потёр подбородок и посмотрев на него, предположил.
– Ничего?

– Тебя поставят на учёт.

– Ты мухоморов наелся? С какой это стати? Сейчас не беспредельные девяностые, где за деньги пострадавшего виновным делают и отправляют на зону. Свидетель есть, напали те на меня первые, чистая самооборона. А ставить на учёт награжденного медалью МВД, это вообще из разряда сказки. Скорее всего будет совсем наоборот, меня ещё и поблагодарят за защиту одноклассницы.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, - с большим сомнением сказал отец.

Однако всё вышло именно так как отец опасался. Прибыла патрульная машина, довольно быстро, им по рации сообщили, приехало две «неотложки», в которые загрузили всех пострадавших, включая Лену, её уже опросили при матери, которая ту сопровождала в больницу, ногу всё же посмотреть стоит, а нас с отцом отвезли в отделение милиции. Старлей, что нас принял, изучил материалы дела, ему патрульные всё передали, они и опрос свидетелей провели, двое видели сам момент нападения, так что особо претензий к нам не было, кроме одного:

– Тимофей, нельзя было обойтись без серьёзных травм у напавших на вас подростков?

– Малолетних бандитов, вы хотите сказать?
– уточнил я.
– Да я там больше крутился, они сами себя покалечили. Толпой же нападали, я только оборонялся. Драться я не умею, что получилось то получилось, они толпой на меня навалились, Лену покалечили, друг друга. Надеюсь им большой срок дадут?

– Тут дело уже не в них, а в тебе. Они пострадавшие. Придётся тебя на учёт ставить, пообщаешься с инспектором по делам несовершеннолетних.

– О как?
– развеселился я, и обратился к отцу.
– Завтра запишемся на приём к министру МВД. Надеюсь примет без проволочек. Нужно сообщить о делах что творятся в одном из отделов Москвы.

– Ты думаешь, что к министру вот так легко попасть?
– усмехнулся старлей.

– Думаю, министр согласиться принять пионера, которого несколько дней назад наградили медалью МВД, за помощь милиции, и который принёс министру такие важные сведенья. Оказывается, сотрудники МВД, в одном из отделов, покрывают преступников. А судя по тому как те напали, они это делают не вы первый раз, наверняка у вас немало заявлений, от избиений и ограблений, до изнасилований. Так ещё они решили сделать виноватым потерпевшего. А это уже настоящее преступление и превышение должностных полномочий. Думаю, тут или взятка всё решает, или скорее всего один из преступников родственник кому-то из начальства, вот и покрывают. Однозначно идём к министру, его люди, пусть и разбирается.

– Свободны… пока, - сказал старлей, скрипнув зубами от злости. Мои слова его нисколько не напугали.

Тот поставил подпись на пропуске, чтобы можно было покинуть здание, и мы покинули кабинет, спускаясь вниз, нас опрашивали на втором этаже. Там сдали пропуск и вышли на улицу. Отец всё это время молчал, как я и просил, а тут не выдержал:

– Нехорошо поговорили.

– Да нет, нормально. Завтра встанем пораньше, нужно в министерстве побывать. Насчёт общения с министром я не шутил. Он решит нашу проблему, а мы его.

– Может не нужно связываться? Этот старший лейтенант явно ничего не боится.

– Он просто не поверил, что мы к министру вот так заявимся. А как инспекция из министерства появиться, так и забегает. Тут ведь не просто увольнением попахивает, тут небо в клеточку в натуральном виде будет.

– А чем ты министру поможешь?

– Да есть чем.

Мы не обратили внимание на двух милиционеров, что курили в темноте у патрульной машины, и вполне нас слышали, и направились прочь, отец продолжал задавать вопросы, не касаясь пока того о чём мы в квартире говорили. Видимо ещё переваривают такие новости.

– Почему ты их так покалечил?

– Тебя это беспокоит? Нашёл о чём жалеть. А старлею я правду сказал, я там больше крутился и удары отбивал. Я драться не умею.

– Как это не умеешь?! Пятерых здоровых лбов раскидал.

– Пап, я не умею драться, я умею убивать, именно этому меня учили, и все последующие годы я совершенствовал это умение. И все эти руконогомашества у меня отработаны только для одного, покалечить или убить противника. Если брать языка, то там совсем другие навыки и в такой уличной драке их не применить. Так что там у скамейки я был очень сдержан, и никого не убил. Тем более эти недоноски били меня, чтобы покалечить. Пьяные они были, тормозов нет.