Девочка вдохнула и накрылось одеялом. Мария хихикнула.

Вскоре они заснули. Артур присел за стол, напротив Арки. Заменив бинты, девушка закончила с картошкой и отошла ставить кастрюлю на плиту неизвестного происхождения и принципа работы.

Цыплёнок не отпускал её беспокойные плечи.

Наконец Аркадия разлила суп по тарелкам. Одну из них она поставила перед Артуром. Юноша задумчиво взглянул на клубы пара. Словно легчайший шёлк они поднимались из жидкости с пузырьками жира.

“Я в плохом настроении”. Вдруг сказал Артур.

Аркадия кивнула и взялась за свою порцию. Вторую она поставила на перекладину, которую положила на грудь Марии. Она немедленно проснулась (а может и вовсе не спала) и открыла рот. Служанка кормила её с ложечки. Аппетитный, тёплый запах овевал кровать. Комочек в ногах Марии зашевелился. Девушка улыбнулась и, поглаживая одеяло, сказала: “Я оставлю для тебя косточку”.

Затем она довольно прильнула к ложке. Альфия вздрогнула.

Артур съел три ложки и больше не прикасался к тарелке, пока её не унесла служанка. Тогда он встал и пошёл к выходу из шатра.

“Артур, почитай мне на ночь”. Вдруг спросила Мария.

“Нет”. Ответил он, не поворачиваясь, и вышел.

Была уже ночь, ветер стал сильней и холодней, наверху лежали низкие чёрные тучи. Свет факела согревал спину юноши. Лицо Артура было погружено во тьму. Всё в мире застыло.

“А он бы почитал?” Вдруг спросили незримые губы.

Ответа не последовало.

И вернулась тишина.

*********

Обратная дорога казалась короче, несмотря на вязкое уныние и вялую, где-то на краю разума, тревогу, что постигли войско. Монотонный шаг лошадей заставлять забыть о времени, и совершенно незаметно на пути рыцарей выросли горы. Тогда же случилось единственное значимое событие.

Артур лежал на крыше своей кареты и смотрел в туманное небо, как вдруг маленькая белая пушинка, закружившись на ветру, опустилась кончик носа юноши. Он притронулся к ней, и она растаяла в холодную каплю.

Подул ветер и другие снежинки, словно слёзы, потекли с кареты.

Крошились белые небеса. Шёл снег.

Была середина лета.

Зазвучали удивлённые голоса. Рыцари были растеряны. Кто-то побежал спросить короля. Его авторитет был уже настолько велик, что люди доверяли ему решить даже загадку погоды.

Безымянный сотник сравнялся с каретой долго и не знал, как спросить его Величество. Лошадь рыцаря то и дело нарывалась на камни. Наконец, когда он уже собирался с волей, юноша заговорил первым:

“Будет голод”.

Сотник опешил, опустил голову и, понимая совсем немного, кивнул.

Артур продолжал думать. Карета с треском заехала в туннель. Согласно легендам, его вырезали в скале воины самоцвета. Артур легенду вспомнил и с интересом разглядывал ровные стены, квадратные наросты, путины в трещинах.

Много швов, заключил юноша, и местами неровно. Туннель вырезали долго, несколько человек разной силы, но все примерно на 3-й Ранге. Почему-то пользовались они только мечами, хотя есть простые, доступные почти любому Магу заклинания, куда более сподручные для работы над ландшафтом.

Протянулись часы. Рыцари проехали в яркий, полный света выход и застыли от удивления. Всё вокруг стало белым. Снег опустился на землю и сгладил горные уступы. Войско словно очутилось в облаках.

Рыцари почувствовали себя голыми. Но не на долго. Звон брони приобрёл гулкую стальную ноту мороза. Воины стали скованными, они двигались всё меньше, чтобы лишний раз палец не прикасался к железной перчатке, и потому ещё сильнее промерзали. Зимней одежды никто не взял.

Один рыцарь подъехал к фиолетовой карете, доложить о тяжком положении королю, но не решился заговорить и повернул. Его Величество лежал в одной рубахе.

Артур очнулся от своих мыслей, когда колёса зарылись в сугроб, приподнялись и застыли. Лошади сели на землю и свернули ноги.

Юноша раздражённо взглянул на офицеров. Они отвернулись. Артур был занят и забыл следить за войском и ему никто не напомнил. Маг вспомнил добродушного смышлёного мужчину с пышными усами, и холодно — даже в такую погоду — хмыкнул.

Юноша спрыгнул и притронулся к лошадям. Они встали на ноги. Рыцари удивлённо наблюдали за чудом. Тогда король пошёл к ним. Его прикосновение разливало внутри тепло, словно в груди зажигали свечку. Воины выдыхали густые облака пара.

Артура обошёл свою охрану, после чего вернулся в карету. Все остальные, дожидавшиеся очереди, разочарованно повздыхали. Один вздох надорвался в кашель.

Карета была плотно закрыта, в ней горело несколько свеч и таинственный круг. Арка сидела, закрыв глаза. На голове у неё восседал цыплёнок.